СЮРПРИЗ НА РОЖДЕСТВО.

№145
Рождественская сказка от главного редактора журнала
Текст Сергей Медведев
Запоминайте, врачи — самые обделенные женщины в мире. Не только по сравнению с фотомоделями, но даже по сравнению с инженерами среди моих знакомых нет сталеваров и грузчиков, и мне не знаком ход их мысли.
Почему врачи такие обездоленные? А потому что на работе мы должны ходить в белых халатах, шапочках, а с некоторых пор еще и в бахилах. То есть прятать свою красоту от окружающих. А в периоды всяких гриппов и острых респираторных заболеваний мы вынуждены носить намордники — марлевые повязки. Это ужасно. Особенно если ты молода и красива.
Это вступление. Анамнез, если хотите.

Два года назад я работала заместителем главврача зубной поликлиники номер 110. Бумажная работа. Тоска смертная. Никто не хотел работать с бумагами. Муж сказал, что если я хочу расти, то должна соглашаться на все, что он мне предлагает. А мой муж, между прочим, второй заместитель главного министра здравоохранения города. За три года до этого я вырвала ему зуб. Я хорошо вырывала зубы.
— Девочка, есть такое слово — карьера. Поработай года три замом, я сделаю тебя главврачом. Будешь с водителем по городу ездить, в открытое окно плевать семечки.
— Виктор Сергеевич, — мужа я называла по имени-отчеству и на Вы, — я бы хотела еще по ночным клубам походить. Молодость проходит, а что я вижу? И кто меня видит, кроме людей с плохими зубами и других врачей? Да и то в халате, бахилах и в наморднике. Пойдемте, погуляем, сегодня же воскресенье. Я новое платье купила, посмотрите, как я выгляжу на общем фоне.
— Светочка, ты же знаешь, что мне надо готовиться к докладу. Завтра же понедельник, все ждут моего доклада.
— Ну, пойдемте хоть по парку культуры и отдыха погуляем.
— Не-мо-гу, моя девочка. Мне еще спецлитературу надо хотя бы по диагонали пробежать. Пойди сама, если так неймется. Но смотри, чтобы к восьми была дома, как штык. Да, пойди погуляй, сделай прическу, покрасуйся в парке на общем фоне.
Я так и сделала, надела новое платье, заскочила в парикмахерскую и пошла гулять по парку.
Иду по парку: и вижу, художники рисуют невзрачных прохожих. Некоторые очень похоже. Один из этих художников хватает меня за платье и говорит:
— Вам так идет это платье, и такая у вас красивая прическа, что просто грех вас не нарисовать. Не дайте согрешить.
— Сколько?
— Тысяча! Но торг уместен! Садитесь, договоримся.
— Ладно, рисуйте, — у меня было хорошее настроение, день был солнечным, и в планах у меня было посещение кафе и 50 граммов коньяка за 100 рублей.
У художника не было четырех зубов — справа клыка и первого премоляра, слева — первого премоляра и резца. Это то, что видно. На вид — лет сорок-сорок пять. Мы разговорились.
Оказалось, что, несмотря на возраст, художник строит планы на будущее, он — член объединения «Донской луч», а уличное творчество — своего рода тренировка. Свои картины художник подписывал псевдонимом — Иван Икс. Я сказала, что работаю в стоматологической поликлинике заместителем главврача, и если ему потребуется помощь (а она потребуется обязательно), пусть
приходит к нам в поликлинику. И дала ему визитку.
Иван нарисовал меня очень похоже. Получился такой поясной портрет, мне даже показалось, что мой бюст на картине больше, чем на самом деле. Но я ничего не сказала художнику на сей счет. Только подумала, что Виктору Сергеевичу не понравится мой портрет, он скажет, что я выгляжу развратно и нагло улыбаюсь.
Обязательно спросит:
— Растащило рядом с молодым мужиком?
Не буду же я ему объяснять, что Иван не намного младше самого Виктора Сергеевича.
— Знаете что, Иван, а подарите мне какой-нибудь свой пейзаж, а эту работу можете оставить себе.
— Почему? Вам не понравилось?
— Понравилось, но у меня муж тоже рисует, и он ругается, когда я приношу домой работы других художников, — сочинила я на ходу. Не могла же я сказать, что мой муж — старый ревнивый мудак.
— Это касается только портретов, пейзажей это не касается.
Прошло, наверное, полгода. Я забыла об Иване. Но он напомнил о себе сам, позвонил:
— Светочка, а у меня для вас сюрприз. Завтра открывается рождественская выставка нашего творческого объединения, и я хотел бы вас с мужем пригласить на ее открытие. Хочу сделать вам сюрприз к Рождеству.
— Что за выставка?
— «Наш современник». Там будет и ваш портрет. Я переписал его маслом. Приходите обязательно. Будет фуршет. Обязательно приходите с мужем.
— Нет, нет, он не пойдет. Ему надо к докладу готовиться. Что вы, что вы…
Тревога поселилась в моей душе. Свила гнездо, как кукушка. Хорошо, что Виктор Сергеевич не пошел на выставку.
Когда я вошла в зал, то сразу увидела «Заместителя главврача стоматологической поликлиники № 110 Светлану». Так называлась картина. Метр на полтора. Я — а это, несомненно, была я — бежала по ромашковому полю в белом прозрачном халате, каких не бывает в природе, и было видно, что на мне нет нижнего белья. Зато на груди у меня был крест, хотя я не ношу крестов, они мне не идут.
Не знаю, бывали ли вы в подобной ситуации? На что похожи ощущения? Ватные ноги, хоть стой, хоть падай… Это не то. Как-то Виктор Сергеевич выписал себе из интернет-магазина фаллоимитатор. Я его получила на почте, кто же еще? Не он же пойдет на почту. В подъезде не выдержала, решила посмотреть на покупку, и в этот момент соседка открыла дверь и, улыбнувшись беззубым ртом, спросила:
— Ну, как, помогает?
— По-разному, — ответила тогда я.
Иван стоял рядом с картиной, с бокалом шампанского в руках и что-то рассказывал какой-то бабе. После каждого слова Ивана баба кивала головой и улыбалась.
Художник увидел меня и помахал рукой, приглашая присоединиться к беседе.
Я убежала.
Блииин! Какой идиот! А если бы я пошла с Виктором Сергеевичем?
Понятно, что никто из врачей нашей поликлиники на выставки «Донского луча» не ходит. И я как-то успокоилась. Прошла неделя. Я сидела, составляла методички, и вдруг мне звонит главврачиха.
— Света, зайди.
Я зашла.
— Света, я вчера включила телевизор. А там наши доморощенные «пуси райот» отжигают. Тебе не стыдно?
— Какие «пуси райот»? — поначалу я не поняла, о чем речь. То есть одна часть моего мозга поняла все сразу, а другая еще на что-то надеялась.
— Заместитель главврача поликлиники № 110. Эх, ты. Виктор Сергеевич знает?
— Не знаю.
— Все, свободна. На всякий случай напиши объяснительную.
— Что писать?
— Что хочешь, тут я не советчик.
Когда я пришла домой, Виктор Сергеевич уже все знал. Он молча ударил меня по лицу и ушел к себе в комнату. Потом все-таки вышел, у него было заплаканное лицо, изо рта пахло коньяком.
— Света, ты хоть понимаешь, что ты наделала?
— А что я наделала?
— Ничего. Устроила мне ночь перед Рождеством. Ты подумала, что я скажу детям?
— Каким детям?
— Своим. Мирославе и Виктору Викторовичу.
У Виктора Сергеевича были взрослые дети — мальчик и девочка. Чуть младше меня. И еще у него была жива первая жена.
— Боже мой, весь город о нас только и говорит, — покачал головой Виктор Сергеевич.
Вечером того же вечера мне позвонил Иван Икс.
— Светочка, вы не представляете, какая реакция после вчерашней передачи. Все-таки телевидение — сила. В газетах была пара публикаций, но никто ничего не заметил. Все восхищаются вашим портретом. Я говорю, что моей заслуги в этом нет, картину сделала модель. Художники просят дать ваш телефон. Все вас хотят рисовать. У вас хорошее русское лицо. Можно я дам ваш телефончик?
— Давайте.
С Виктором Сергеевичем мы расстались. Работу по специальности в этом городе я до сих пор найти не могу — бывший муж об этом позаботился.
Теперь я снимаю комнату в коммуналке. Я собираю жерделы на улице. Крашу луковой шелухой ткани. Варю варенье из зеленых грецких орехов.
Ну и торгую своим телом — позирую в художественном училище, а также знакомым художникам.
Я думаю, что подсознательно именно этого я и хотела: не ходить в белом халате, в бахилах и наморднике и чтобы все мною любовались.
По моим примерным подсчетам, в мире уже существует около сотни моих портретов. И это не предел.
№ 145 ДЕКАБРЬ 2018 г.

Медвежий угол

Рождественская сказка от главного редактора журнала.

Медвежий угол

Традиционная сказка от главного редактора.

Медвежий угол

Главный редактор написал традиционную первоапрельскую сказку.

Медвежий угол

Подводя итоги прошедшего купального сезона, «Главный» решил вспомнить об опасностях, которые грозят гражданам у реки.

Медвежий угол

Виноваты ли в неудавшейся жизни внешние обстоятельства или причину неудач на до искать в себе? Прохладным осенним утром «Главный» задумался над этой вечной проблемой. И вот что из этого вышло. Вышло в виде диалога между двумя мужчинами средних лет.