Два блюза, две судьбы.

№81
Американский гитарист Юрий Наумов ответил на вопросы, заданные английскому гитаристу Эрику Клэптону.
Текст Сергей Медведев. Фото из архива.

Кто такой. Эрик Патрик Клэптон — британский рок-музыкант, композитор, гитарист, вокалист. Родился 30 марта 1945 года в Англии. Командор Ордена Британской империи. Клэптон стал одним из самых уважаемых и влиятельных музыкальных деятелей в эру рока. Его стиль со временем менялся, но он всегда держался блюзовых корней. Клэптон фигурирует в переизданном журналом в 2011 году Rolling Stone списке величайших гитаристов всех времен на втором месте после Джими Хендрикса. В прошлом — Эрик запойный алкоголик, но в настоящее время не пьет.


Кто такой. Музыкант, композитор, гитарист, вокалист Юрий Наумов родился 3 мая 1962 года в Свердловске в семье врачей. В октябре 1970 года семья Наумовых переехала в Новосибирск. 30 января 1974 года отец подарил Юрию гитару. Окончив школу, он по настоянию отца поступил в Новосибирский медицинский институт. В январе 1983 года была образована группа «Проходной двор», в которой Юрий Наумов пел, сочинял и играл на гитаре и басе. В 1987 году Наумов становится лауреатом V Ленинградского рок-фестиваля. Осенью 1990 года он эмигрировал в США. Вопреки мнению скептиков, Наумов продолжает зарабатывать на жизнь исключительно музыкой. Награжден американской премией мира за вклад в развитие культуры.


Что послужило для вас толчком к занятию музыкой, то есть, когда впервые вы стали задавать себе вопрос: «А что передают по радио?»

Эрик Клэптон: Мне было 16 или 17, когда я услышал Чака Берри, сначала его Schooldays и затем Johnny B. Goode, но в 17 я уже точно с головой ушел в музыку. Учился играть по пластинкам, причем слушал всех музыкантов, играющих на струнных инструментах, включая индусов и блюзовиков. Но меня интересовали не только струнные — например, мне очень нравился исполнитель на губной гармошке некий Little Walter Jacobs, его игру легко можно было переложить для гитары.


Юрий Наумов: В самом начале есть детская мечта... И она связана вот с чем. Ты чувствуешь пронизывающую всю твою сущность вибрацию. И в этом есть магия. Через все твое существо течет безумный вольтаж. И ты понимаешь, что если ты не являешься проводником этого тока, то существование твое бессмысленно. Все стартует с атомного взрыва в душе... И чтобы не скурвиться — в британском шоу-бизнесе или в совковом, нужно не забывать то состояние, помнить этот взрыв. Я услышал «Битлз» в шесть лет и для меня это было потрясением. Я почувствовал, что рок — это искусство сродни великой литературе, класса живописи эпохи Возрождения. Сейчас мне пятьдесят, и это ощущение у меня не пропало. Надо быть верным своей детской мечте. Не отдавайте себя на съедение. Ни в Америке, ни в России. Надо иметь ввиду, Америка — это самая продвинутая на земле купеческая цивилизация. Россия с 17-го года — чиновничья цивилизация, «контора» стала писать. В основе и той и другой цивилизаций лежит корысть Но все это не мешает людям быть милосердными и вибрировать сердцами. Мне психологически легко. Я застал время «совка». Я понимал, что единственный способ выживания — это андерграунд. Я так и остался в андерграунде. 30 лет в андерграунде. Золотые морковки ревущих стадионов мне не обломились, и хрен с ними. Каково было Ботичелли в 150-тысячной Флоренции начала 1500-х годов, когда не было смартфонов, лифтов. В миллионном Ростове я бы нашел для общения с полдюжины человек. Мне лучше, чем было Ботичелли. Ему было не сладко.


Что такое блюз?

Эрик Клэптон: Блюз — это песня о мужчине, у которого нет женщины. Или о мужчине, которого покинула женщина. Или о человеке, у которого нет ничего похожего на женщину.


Юрий Наумов: Клэптон сказал свою личную правду. Я не сомневаюсь в его искренности. Но правда — есть частный случай истины. Блюз является звуковым выражением глубокой кровоточащей точки, которая есть в музыканте. Для Клэптона — это отсутствие женщины. Для кого-то другого — это точка другая. Это музыка из эпицентра боли. Моя точка — это момент осознания своего одиночества в мире. В ней даже есть религиозное измерение: ты несешь в себе вибрацию, которая может спасти человеческую жизнь, но когда ты пытаешься установить контакт с этой спасенной душой, оказывается, что его установить невозможно. Ты остался в своей скорлупе, несмотря на попытку проломиться наружу. Это поразительный момент. Духу нужна суверенность, но сердце настаивает на моменте контакта. Но это неосуществимо. Это поразительное и горькое открытие. И блюз может родиться из этого.


Секс, наркотики и рок-н-ролл.

Эрик Клэптон:

Лозунг «Секс, наркотики и рок-н-ролл» уже не для меня: с наркотиками, выпивкой и сигаретами я завязал уже давно, про секс молчу, а рок-н-роллом мою музыку не считают даже самые близкие мне добрые люди. Зато у меня больше нет никаких проблем: я не шляюсь по ночам и не безобразничаю, на кой черт мчаться через полмира, чтобы в сомнительной компании надраться, как свинья, поговорить черт знает о чем с одубевшим от героина собеседником, а после вернуться домой, где несколько недель тебя будет линчевать

потерявшая человеческий облик жена? (Из интервью 2008 года).


Юрий Наумов:

Его поколение — те, кто родился в середине 40-х годов, закрыло для меня целый ряд вопросов. Через свои разбитые судьбы они показали, что все те бирюльки, в которые они играли в свои 20 лет, это не инструмент решения проблем. Другое дело, Джону Леннону, наверное, нужно было ЛС Д, чтобы написать I Am The Walrus, чтобы эту вибрацию синтезировать. Ему неоткуда было ее взять. Благодаря его экспериментам мне не надо глотать ЛС Д, к тому же самому можно прийти с совершенно чистым сознанием. Я на 17 лет младше Клэптона. Они заплатили за прорыв цену, которую мне не надо платить. Они обналичили этот опыт. Я вижу магию в звуке.


Ты помнишь какое-нибудь распутье в своей жизни?


Эрик Клэптон: Да, когда я выходил из длительного периода спячки и бездействия — склонность к героину — в действительности это было даже не распутье, я вылезал из окопа на дорогу. Так что выбрать правильный путь было очень важно для меня. Не знаю, долго ли я стоял на тропе, прежде чем снова двинуться, но...


Юрий Наумов: Да, такое у меня бывало. Но еще не пришло время об этом рассказывать. Это достаточно интимный момент. Это не связано с женщинами. Это музыкантская вещь. Может быть, ближе к семидесяти расскажу.


Судя по всему, на пенсию вы не собираетесь?

Эрик Клэптон: Собираюсь, конечно. Но я еще в деле. Обычно я «ухожу на пенсию» в конце каждого тура. В дороге обстоятельства заставляют меня жить в отелях, я плохо сплю, часто приходится питаться всякой дрянью. Но когда я возвращаюсь домой, то снова начинаю мечтать о гастролях. Сейчас я не играл примерно месяц и страшно изголодался по концертам. Во мне живет зверь, ему нужна пища.


Юрий Наумов: Зачем? Пока душа вибрирует и есть руки, которые могут эту вибрацию донести, ты в обойме — насколько тебя хватит. Я прилагаю усилия, чтобы активно не разрушать себя. У меня нет наркотиков, алкоголя, я не курю, я не питаюсь мясом. Все что тебя активно скукоживает и старит, все что делает тебя дряблым, я отбрасываю. Как музыкант я загнал себя в безвыходную ситуацию. Я живу на пределе. Мою музыку нельзя играть вполсилы, она требует «рубилова». Я должен отринуть от себя вещи, которые забирают у меня энергию, которую я не смогу отдать залу. Иначе это будет предательством самого себя. Я на это пойти не могу.

№ 81 Ноябрь2012 г.

Двойной портрет

Российская актриса Нонна Гришаева ответила на вопросы, на которые когда-то отвечала американка Вупи Голдберг.

Двойной портрет

«Главный» предложил панку Олегу Гаркуше ответить на вопросы, заданные когда-то панку Джонни Роттену.

Двойной портрет

Знаменитый российский музыкант Владимир Пресняков ответил на вопросы из интервью Майкла Джексона на шоу Опры Уинфри.

Двойной портрет

«Блюз является звуковым выражением глубокой кровоточащей точки, которая есть в музыканте. Для Клэптона — это отсутствие женщины. Для кого-то другого — эта точка другая. Моя точка — это момент осознания своего одиночества в мире». Гитаристы Юрий Наумов и Эрик Клэптон — о блюзе.