1
из

ЛЕОНИД ГЕЛЬМБРЕХТ. СТАРАЯ ЦИМЛА.

№128
Леонид Карлович Гельмбрехт родился 28 декабря 1903 года в пригороде Петербурга — Гатчине, в православной семье. Его дед, выходец из Германии, в 1820-х годах, получив профессию краснодеревщика, пришел пешком в Россию зарабатывать на жизнь. Отец работал в фирме оптовой торговли медицинским оборудованием, мама занималась воспитанием троих детей. Леонид сначала учился в частной школе, затем в Лесном коммерческом училище, окончил и Петроградский агрономический институт. В 1923 году по приглашению родственников он с мамой и сестрами переселился в станицу Цимлянскую, где принимал участие в создании первых сельскохозяйственных курсов при станичных советах. В 30-е годы от общей агрономии перешел к научно-исследовательской работе по изучению условий выращивания винограда на придонских песках. Создавал в Цимле опорный пункт от Новочеркасского пункта Анапской станции по виноградарству и виноделию. Умер Леонид Карлович в 1997 году, оставив свои воспоминания под названием «Жизнь прекрасна».
Приведенный ниже фрагмент мы взяли из публикации в «Донском временнике» за 2013 год (donvrem.dspl.ru).

В 1948 году стало известно, что нашему району предстоит пережить тяжелейший удар. Район лишался своих исключительно ценных долинных низменностей: равнин. Не станет и знаменитых цимлянских виноградников. Лучшие земельные угодья района — золотые пески, придонские луга, более половины старых станиц и хуторов, включая станицы Цимлянскую, Кумшацкую, Нижне-Курмоярскую и другие, окажутся на дне Цимлянского водохранилища. А население, чьи предки веками жили в этих благодатных местах, подлежит расселению в открытой степи.

Новые планы на уровне общегосударственного значения, направленные на решение задач по рационализации судоходства и электрификацию страны, считались чрезвычайно перспективными и необходимыми для нужд государства, что даже не возникал вопрос о проведении научной экспертизы и всенародного обсуждения запланированных мероприятий.

В 1948 году население района узнало о «Великой стройке коммунизма» на Донской земле. Первой «жертвой» стройки стала станица Кумшацкая, которая находилась на месте закладки основной плотины, пересекающей долину Дона. Станица была быстро переселена на пятнадцать километров к северу по течению речки Кумшак. На ее месте осталась только старинная каменная церковь, упоминавшаяся еще Петром Первым в 1695 году во время путешествия в Азов. В этой древней церкви новые строители разместили столовую-ресторан, а по окончании строительных работ, уже в 1950 году, здание церкви было взорвано.

В 1948 году еще никто из цимлян не знал ни объемов строительства, ни общего комплексного плана строительных работ. Никто не подозревал того, что строительство в Цимле — это лишь начало созидания и разрушения не только на Дону, но и на других великих русских реках: на Волге, на Днепре и далее. Что все это грандиозное строительство в стране развернется за счет труда огромной массы заключенных в системе МВД СССР. История не нова: и Рим был построен рабами. В зоне строительства вскоре появились высокие заграждения из колючей проволоки вокруг мест работы и бараков заключенных. Был начат намыв плотины, и работы пошли полным ходом.

Для виноградарства Дона это была трагедия. Донвино, сельхозуправление и наш институт затеяли ходатайство о перемещении зоны затопления вверх по течению Дона. Посланные в Москву «ходоки» вернулись без положительного результата. Им было обещано, что старые виноградники, все до последнего куста, будут перенесены в незатопляемую зону, где им будет обеспечено искусственное орошение. И было предложено разработать методику переноса виноградников.

А в середине лета 1949 года в район прибыла областная комиссия, задачей которой была разработка методики переноса «каждого куста». Увы! Никакого технического решения разработано не было. Дело в том, что старые виноградники Цимлы индивидуальных кустов не имели. Понятие «куст» утратилось при ежегодных отводках лозы. Ряды виноградников представляли собой сплошную заросль погребенных рукавов, и выполнить «высшее» указание не представлялось возможным. С таким выводом комиссия закончила свою работу.

Потом приезжали и другие комиссии «на помощь», но результат был тот же. Наиболее мыслящие личности предлагали на новых участках посадить новые виноградники, а старые оставить в зоне затопления. Но эта идея не имела поддержки. Если правительство решило, что надо перенести старые виноградники, то надо так и сделать. Иные действия будут рассматриваться как саботаж…

Вскоре стало известно, что на Волге идет создание еще более мощной плотины, перегораживающей великую русскую реку. И то, что между Волгой и Доном строится судоходный канал, и что отныне речной флот нашего государства будет курсировать из Балтийского моря в Черное.

В это же время в Цимле развернулась еще одна стройка. Новая железнодорожная ветка должна была соединить две магистральные линии бывшей юго-восточной дороги от станции «Морозовская» на Волгоградскую линию до станции «Куберле». Магистраль пересекала Дон по строящейся плотине.
Районный центр, станицу Цимлянскую, решено было перенести на южный склон так называемого «Кумшацкого бугра».

Кто выбирал это место, я не знаю, но отныне Цимла будет красоваться на возвышенном месте над рукотворным морем.

И теперь уже станицей Цимла никогда не будет, теперь это поселок Цимлянский, а впоследствии — город.
№ 128 Апрель г.