Юрий Жданов глазами жены

Юрия Жданова часто называют гением и современным Ломоносовым. Он обедал со Сталиным и собирал ежевику с Кировым, строил здания МГУ на Воробьевых и поднимал РГУ. Но больше всего ученый-энциклопедист с кремлевским прошлым, как рассказывает его жена, любил горы и небо. Самым интересным для него было то, что находится выше и науки, и политики. «Главный» встретился с вдовой Жданова и узнал от самого близкого академику человека о том, как он жил и о чем мечтал.
Текст:
Анна Медведева
Источник:
«Кто Главный.» № 62
04/01/2020 18:54:00
0
Кто такой.

Юрий Андреевич Жданов (20 августа 1919, Тверь — 19 декабря 2006, Ростов-на-Дону) — доктор химических наук, кандидат философских наук, профессор, член-корреспондент РАН, лауреат Государственной премии СССР в области науки за работу «Создание математической модели экосистемы Азовского моря», автор научных открытий в области органической химии, ректор Ростовского государственного университета (1957—1988), председатель совета Северокавказского научного центра высшей школы. Сын известного советского партийного деятеля Андрея Жданова — влиятельного идеолога, соратника Сталина, главного организатора террора НКВД в Ленинграде и Ленинградской области. Входил в Тройку НКВД , которая в день выносила расстрельные приговоры сотням людей в конвейерном порядке. Кроме того, Андрей Жданов ответственен за многочисленные операции против этнических меньшинств (немцев, финнов), проживающих на севере Ленинградской области. Организовал многочисленные аресты работников горкома и обкома. В честь Андрея Жданова в СССР было названо много объектов, в том числе его родной город Мариуполь. В годы перестройки Жданов был официально осужден руководством КПСС , а все эти объекты переименованы. После смерти Сталина Юрий Жданов был вынужден уехать из Москвы и поселиться в Ростове-на-Дону, где реализовал себя как выдающийся ученый и общественный деятель. В ростовской квартире Юрия Жданова портрет отца всю жизнь висел на самом видном месте.

В Ростов, в Ростов, в Ростов!

В том, что Жданов оказался в Ростове-на-Дону, немалую роль сыграли горы.
После смерти Сталина его «убрали» из Москвы. В почетную ссылку Жданова отправили с аккуратной формулировкой: «в связи с необходимостью набраться опыта на местах». Предложили два места на выбор — Челябинск или Ростов. В Челябинске — промышленность, перспективы, в Ростове — университет. И Кавказские горы близко — этот аргумент и стал решающим. Выбор был сделан.
В город на Дону Жданов приехал в 1953-м и поселился в небольшой, по меркам партийных работников, квартире — 3 комнатки, узкий коридор, тесная кухня. Этажом ниже была квартира попросторнее. Но Юрий Андреевич подошел к окну, взглянул и сказал: «Отсюда только асфальт виден. Небо далеко» — и остался у себя, в квартире на третьем этаже, где и прожил до конца дней. Теперь эту квартиру и память о ее хозяине хранит и оберегает от посторонних Таисия Сергеевна Жданова, вдова ученого. От встречи долго отказывалась, но потом сказала: «Приходите, посмотрите, как он жил».
...Жил ректор РГУ, член-корреспондент РАН , почетный профессор Московского и Силезского университетов так. Высокие потолки с пугающими трещинами, старые, рассохшиеся от времени оконные рамы, минимум мебели и книги, книги, книги — по истории искусств, философии, биологии, химии, религии...
— Мы ремонт не делали 37 лет. Ему ведь это помешало бы работать! И потом — это все излишества, верно? Много ли нужно человеку в этой жизни? Однажды я сказала ему, что надо заделать трещины на потолке, а он посмотрел на меня и ответил: «Тут страна рушится, а ты трещины на потолке замечаешь», — рассказывает Таисия Сергеевна. — И все, что у нас есть, думаете, мы от хорошей жизни купили? Вот ковер на стене — он у нас дыру закрывает, дом
проседает, и трещина пошла уже по стене. На полу ковер — постелили, чтобы старый паркет закрыть. Стулья эти появились случайно: нам нужен был шкаф для книг, и нигде не могли найти. В одном магазине был гарнитур — шкаф, стол и стулья. Шкаф нам отдельно не продали, пришлось купить все вместе.
— То есть в быту Юрий Андреевич был неприхотливый?
— Очень неприхотливый, и в быту, и в еде. Из еды любил молочное, мясо не любил. Говорил: «Есть в доме молоко, мед и хлеб — и ладно». Он говорил: «Тая, надо жить так, чтобы оставить после себя след. Если думать лишь о том, что поесть, какую квартиру купить, какой ремонт сделать — какой из этого толк?»

90015_full.jpg

Кремлевский ребенок.

Юрий Андреевич Жданов, несмотря на свое кремлевское детство, вырос неизбалованным. Он родился 20 августа 1919 года в Твери, в семье революционеров. Его отец, Андрей Жданов, агитировал за советскую власть — по деревням да с гармошкой. Вскоре был замечен и переведен в
Москву. Там молодой, успешный, энергичный партиец быстро стал одним из ближайших друзей Сталина. И Юра с семьей поселился в Кремле. Застолья со Сталиным и отдых у него на даче в Гаграх были обычным делом.
В закрытой школе для кремлевских детей преподавали лучшие ученые и профессора. Там Юра увлекся химией, получал одни «пятерки»; на день рождения родители подарили ему настоящий микроскоп. А еще мама купила ему подзорную трубу, и с тех пор он полюбил рассматривать далекие звезды...
— Его никто не заставлял учиться, — рассказывает Таисия Сергеевна. — Он был предоставлен сам себе. Но у него с детства была тяга к знаниям.
В 1937-м Юрий Жданов поступил на химический факультет МГУ. Окончание учебы совпало с началом войны, и Юрий Андреевич, прекрасно знающий немецкий, пошел служить пропагандистом-агитатором — писал листовки против Гитлера. Был награжден орденами Отечественной войны, Красной Звезды, боевыми медалями.
После войны он решил пойти по стопам отца и попробовать себя в политике. С 1947-го работал заведующим отделом науки ЦК КПСС , под его руководством, кстати, был создан проект и начато строительство комплекса зданий МГУ на Воробьевых горах. Жизнь кипела, а в 1949-м вознесла на недосягаемую для простых смертных высоту — Юра стал зятем Сталина.

Юра и Вася сталин.1937.jpg

Юрий Жданов и Вася Сталин

Зять Сталина.

Таисия Сергеевна на эту тему говорить отказывается.
— И чтобы я о ней даже не слышала! — кричит она в трубку телефона, когда мы договариваемся о встрече.
И, тем не менее, эту часть жизни великого ученого из истории не выкинешь.
Со Светой Сталиной, дочкой вождя, Юрий был знаком с детства. По воспоминаниям Жданова, их «сватали» друг другу отцы,__ особой любви не было. «Брак со Ждановым, — писала Светлана в своих мемуарах, — был заключен без особой любви, без особой привязанности, а так, по здравом размышлении... Мне казалось к тому же, что эта возможность уйти в другой дом даст мне хоть какую-то самомалейшую свободу, откроет доступ к людям, которого у меня не было». Дети правителей поженились в апреле 1949-го, бракосочетание отметили узким кругом. После свадьбы отправились с друзьями Юрия в экспедицию на Кавказ — Жданов хотел «вырвать ее из кремлевской изоляции», показать другой
мир. Приобщил жену к своей научной работе — она выписывала для него библиографические карточки. Но все это ей было неинтересно.
Осенью 1952 года супруги расстались. От брака осталась общая дочь Катя (она стала ученым, сейчас живет у подножия вулкана на Камчатке и никогда не вспоминает ни про деда, ни про мать). Жданов писал: «Помню, Светлана передала мне реакцию отца: «Ну и дура! В кои-то веки попался порядочный человек, и не смогла его удержать». Сталин любил зятя. А зять в одном из последних интервью говорил о нем так: — Сталин не был мне вождем. Не так мы были воспитаны. Вождей у меня не было. Но он не был мне и тестем. Он был добрым товарищем. Когда он узнал, что я решил заняться политической работой, он позвонил мне: «Оставьте это грязное дело. Нам химики нужны», — и повесил трубку.
Но предупреждению товарища Сталина молодой коммунист не внял. Чудом его не арестовали — в списках Берии, которые нашли в сейфе у начальника НКВД перед расстрелом, фамилия Жданова была под номером 117.
До конца жизни Юрий Андреевич защищал Сталина.

Новая жизнь.

Со смертью вождя лихая карьера в Москве закончилась. Выбор между наукой и политикой, который Жданов никак не мог сделать, был сделан за него. «Я благодарен судьбе за то, что привела меня в Ростов», — говорил незадолго до своего ухода Юрий Андреевич.
В Ростове он встретил Таисию Сергеевну. Познакомились они в театре. Ей было 29, ему — почти 40.
— Я сразу поняла, какой это человек. И как не понять? — вспоминает встречу Таисия Сергеевна. — Вот люди спрашивают, что такое любовь. Я считаю, любовь — это когда не можешь жить без человека. 4 года прошло, как нет Юрия Андреевича, а я до сих плачу.
Она была идеальной женой ученого: верной, чуткой, домашней.
— Ему нужно было создать условия для работы — чтобы все было вовремя убрано, приготовлено, в столовых он никогда не ел. Он целыми днями работал. Неужели я ему скажу — пошли в кино?! Нет. Нам было хорошо дома. Если скажет — пойдем в Филармонию, там сегодня хороший оркестр играет, — то ходили. Он мне предлагал писать кандидатскую. Но я ему ответила — ты занимайся наукой. А я буду тебе служить.
В Ростове Жданов начал писать стихи. Выпустил несколько поэтических сборников. В основном — стихотворения о природе и предназначении человека, но есть и такое, неожиданно личное:
«С праздником!» — сказали мы друг другу,
Но с каким, не сразу догадались.
«С праздником!» — сказали мы невольно,
Просто потому, что повстречались.
Этот счастливый союз продлился почти полвека, подарив супругам сына. Его назвали в честь отца Юрия Жданова — Андреем:
— Авторитет деда в семье был неприкасаем. Папа беспрекословно уважал отца, — говорит Андрей Юрьевич.
Таисия Сергеевна сохранила тетради, в которых отец с сыном вели дневник наблюдателя, рисовали солнечные затмения, изучали растения, животных и, конечно же, планеты, созвездия, звезды. Иногда Юрий Андреевич варил сыну «профессорскую кашу» — так он называл манку.
— Под сводами дома всегда витали любовь и взаимопонимание, — с теплотой в голосе говорит Андрей Юрьевич. За 48 лет совместной жизни родители ни разу не повысили друг на друга голос. По вечерам любили петь — Юрий Андреевич садился за пианино, Таисия Сергеевна вставала рядом, и пели. Музыка была еще одной страстью Жданова, и первым его делом в Ростове было издание сборника «Песни родины моей». Юрий Андреевич с удивлением обнаружил, что в ростовских магазинах нет ни одного подобного песенника. Он и сам написал две песни о Донском крае.
— Музыке он нигде не учился — подбирал на слух, — восхищается жена Жданова. — Причем играл и грузинские, и армянские мотивы. Как его там любили! Он знал об их народах, об их обычаях больше, чем они сами!
Каждое лето ездили с семьей на Кавказ, в Сочи. Правда, море профессор не любил — оставлял семью в санатории, а сам поднимался на Красную поляну и шел в горы.

Университет.

«2 события перевернули культурную и социальную жизнь в Ростове-на-Дону: когда в 1915 году из Варшавы был переведен университет, и когда в 1957-м университет возглавил Юрий Жданов», — единогласно заявляют ростовские ученые.
В 1957 году Жданова назначили ректором Ростовского государственного университета. В то время РГУ был заурядным провинциальным вузом: имелось общежитие на 80 мест, столовых не было, мест отдыха — тоже. О коллективе иначе как «ужасный» не говорили.
— Но папа был человеком дела, — отмечает Андрей Жданов. — Я навсегда запомнил его слова: «В начале, сын, было дело, не слово, а дело».
Сегодня ЮФУ — четвертый во всероссийском рейтинге вузов, после МГУ, СПбГУ и МГИМО , и это результат деятельности Юрия Андреевича.
— Коллеги и ученики в университете называли его «папа Юра», — вспоминает Таисия Сергеевна. — Это дома он был серьезным, а там — всем улыбался, со всеми запросто разговаривал. У него даже не было особых часов приема — мог пообщаться с каждым, кто к нему заходил.
Работа не прекращалась даже дома.
— Каждый день читал до 12, до часу ночи. Возле кровати у него стоял стул, на нем — лампа, стопка книг... он ложился и читал. Смотрю — включился в комнате свет — значит, встал, пошел к столу, что-то записал. Работал.
Юрию Жданову принадлежат свыше 850 научных трудов, монографий и учебников, открытий и изобретений. Важнейшие научные работы Жданова посвящены органической химии и философским проблемам естествознания. Создание Ждановым в 1962 году первой в России кафедры химии природных соединений позволило наметить долгосрочную программу фундаментальных и прикладных исследований в одной из самых перспективных областей современной науки. Его исследования в области химии углеводов отражены более чем в 150 научных статьях, докладах на международных и всесоюзных съездах, конгрессах, симпозиумах, научных семинарах и конференциях.
Философские и методологические работы Юрия Жданова посвящены анализу тенденций развития химии (прежде всего органической), рассмотрению соотношения структуры и динамики систем, а также проблемам химической эволюции материи. Развивая традиции академика Вернадского, Жданов внес заметный вклад в решение экологических проблем. По его инициативе в Ростовском государственном университете была организована первая в стране кафедра природопользования
и охраны природы.
С 1972 года Юрий Жданов являлся главным редактором журнала «Известия вузов. Северо-Кавказский регион», с 1995-го — главным редактором журнала «Научная мысль Кавказа».
Его ученики и последователи составляют сегодня костяк науки всего Северо-Кавказского региона.
Юрий Андреевич руководил ростовским университетом более 30 лет. В 1988 году под его началом и руководством был создан Северо-Кавказский центр высшей школы, председателем которого он был до последних дней жизни.
Он являлся заслуженным профессором Ростовского, Калмыцкого, Ставропольского государственных университетов, почетным профессором Силезского университета (Польша). Кроме того, Жданов возглавлял Донское пушкинское общество, Южно-Российскую лигу защиты культуры, входил в состав правления Ростовского отделения Фонда имени М. А. Шолохова.

Дети Юрия - Андрей и Екатерина.jpg

Дети Юрия - Андрей и Екатерина

Отдать себя духу.

Таисия Сергеевна бережет несметное богатство — сотни или даже тысячи книг Юрия Андреевича, хранящиеся в шкафах, комодах, сервантах, на полках и даже на полу, заботливо укрытые от пыли. Ни одна из них не случайна. Каждую субботу и воскресенье академик совершал свой неизменный ритуал — обходил книжные магазины, изучал новинки и покупал самое ценное. Дарил книги и жене — по кулинарии. У нее на кухне скопилась целая коллекция.
— И ведь нет ни одной книги, к которой бы он руку не приложил. Каждый том проработан — он работал двумя карандашами, синим и красным, подчеркивал мысли и на полях делал выписки. Нет ни одной книги, им не прочитанной. Как их отдам? Я иногда вот так сяду, разложу книги, изучаю... Бывает, даже не ем — читаю, читаю...
Это же сколько в одном человеке помещалось! Нет такой науки, которую бы он не охватил. Только, говорил, математику недостаточно знаю.
Жданов был настоящим ученым-энциклопедистом. На самом видном месте в книжном шкафу в его комнате стоят труды Вернадского — его любимого ученого. Любимого за широту взглядов и призыв мыслить шире.
В работах Юрия Андреевича, сына революционера, — цитаты из Библии и древних индийских Ведических писаний. Жданов мечтал о культурном человеке — в его понимании он должен был быть «человеком творческим, отдавать людям больше, чем сам получает от общества, и он должен уметь отрываться от земных дел и смотреть на звезды».
— Нужно больше думать, чтобы была не бюрократия — власть стола, а гносеократия — власть знания, — говорил он в одном из последних своих интервью. — Мы должны быть за справедливое общество, за гуманное общество, за общество высококультурных, универсально развитых людей. К сожалению, сейчас этот процесс, мне кажется, даже замедлился.
В одном из его поэтических сборников можно найти такое стихотворение:
Отдай себя духу,
Сожги себя делом,
Отдай себя другу —
Душою и телом.
Смелее подаришь —
Щедрее получишь.
Лишь так воспрянешь.
Лишь так ты пребудешь.
Раздай все, что знаешь,
Умеешь и смеешь.
В себе умираешь —
В другом уцелеешь.

598.jpg

К звездам.

Каждое утро Юрий Андреевич делал зарядку, поднимал гантели. К врачам не ходил, не имел даже истории болезни. Тем неожиданнее стал для близких его смертельный недуг. Сам Юрий Андреевич его предчувствовал:
Холодком потянуло
И на сердце осталось —
Будто льдинкой кольнуло.
То ли это усталость,
То ли это циклон,
То ли попросту старость.
Он ушел из жизни 19 декабря 2006 года. Проститься с ним приехали несколько тысяч человек.
На Северном кладбище почетному жителю Ростова-на-Дону выделили место размером полтора на два метра, куда с трудом поместился привезенный с гор Кавказа надгробный камень.
— Перед смертью мы с мужем разговорились о том, что людям кладут с собой в могилу: деньги, вещи, драгоценности?.. Он сказал: «Тая, мне ничего не надо, положи мне с собой только мои книги». И когда уже с Юрием Андреевичем прощались, я подошла и положила ему под подушку три книжки: мемуары, философское исследование «Солнечное сплетение Северного Кавказа» и книгу его стихов. В последние дни жизни ученый работал над большим исследованием о гуманизме ислама: хотел примирить столь разнородный Северный Кавказ, найти общее в мусульманстве и русской культуре — горы он любил не только за их красоту, но и за населяющие их народы. Не успел. На его рабочем столе осталось 49 книг по этой теме — подобрал их в домашней библиотеке. Таисия Сергеевна не стала их убирать.
Его последователи стремятся завершить еще одну работу, начатую Ждановым, — 8-томную «Энциклопедию культур народов юга России». За работы молодых ученых в области социально-гуманитарного регионоведения и кавказоведения учредили премию имени академика Юрия Жданова. Ежегодно проходят Ждановские чтения, продолжает работать основанная Юрием Андреевичем Донская Академия наук юных исследователей — сотни юных ученых со всей России считают большой честью выступать на ее конференциях.
И кажется, что стихотворение «Эпитафия», написанное незадолго до смерти, Жданов посвятил самому себе:
Понятно, что зверь, околев,
Не годен больше для драки.
И все-таки мертвый лев
Лучше живой собаки.
Таисия Сергеевна кладбища не любит. Ставит цветы Юрию Андреевичу дома — он любил полевые. Каждое утро смотрит на его фотографию — они с мужем были так похожи! — и извиняется, что не умеет, как он, мыть посуду: «Юрий Андреич говорил — я мою лучше тебя, ведь я химик, а знаешь, как мы тщательно моем пробирки!»
У нее очень много дел:
— Изучила всего Пушкина, теперь принялась за Фейхтвангера — мне никак не дается его «Песнь саламандры». Потом нужно освоить астробиологию, труды Циолковского, биофизику... Мне много нужно всего прочитать — чтобы, когда пойду туда, к нему, — Таисия Сергеевна поднимает глаза в небо, — нам было о чем разговаривать.

73392.jpg

Читайте также: