Нахаловка, Берберовка и прочие Ясные Поляны

«Главный» попытался выяснить, откуда на карте города появились эти места.
Текст:
Сергей Медведев
Фото:
с сайта Wikimapia
Источник:
«Кто Главный.» № 68
29/12/2019 11:06:00
0

У нас на поселке.

Это сейчас в Ростове районы... Теперь говорят «у нас на районе». Раньше говорили «у нас на поселке». Город состоял из поселков и даже хуторов. Так, на карте Ростова и Нахичевани 1917 года мы можем увидеть «Байковский (Собачий) хутор» — именно так, со скобками, написано на плане. Сейчас это район Мясокомбината — станции Ростов-Товарный. На окраине Нахичевани можно различить поселки Кирилловский и Ясная Поляна. Есть Олимпиядовка в Железнодорожном районе, есть Затемерницкое поселение (часть нынешнего Железнодорожного района, примыкающая к железной дороге и реке Темерник), есть Новое Поселение (Нахаловка). Есть на плане и Берберовка. С нее и начнем.
Берберовку — еще без названия — можно найти и на плане города Нахичевана 1811 года. На берегу реки Кизитериновка можно заметить два прямоугольника. На пояснениях к плану написано — «для кирпичного завода». Кирпичный завод явился «градообразующим» для Берберовки. Это потом, в ХХ веке, здесь появились кондитерская фабрика и культпросветучилище. Кирпичный завод просуществовал до конца второй половины ХХ века. Помню, как мы с соседскими пацанами во второй половине этого века утащили с развалин завода ось с колесами от вагонет- ки — ось предполагалось использовать вместо штанги. Ростовские историки предполагают, что название Берберовка относится к концу XIX века и связано с владельцем этого завода по фамилии Берберов. Похоже на правду. Берберовых в Нахичевани было много. Известен масон Рубен Иванович Берберов. Имеет нахичеванские корни и писательница Нина Николаевна Берберова, жена поэта Ходасевича. В советское время поселок официально носил имя В. Маяковского, но название не прижилось. Берберовка оказалась народу ближе. Берберовка, пожалуй, единственная Ростовско-Нахичеванская, так сказать, плановая слобода. Остальные поселки, появившиеся до 1917 года, — плоды «инициативы снизу». Дело в том, что официально под строительство жилых домов в Ростове было отведено не так-то уж и много мест. С 1811 по 1845 год Городская дума раздала всего 206 мест под застройку. С 1845 по 1851 — еще 79 мест.
«Впрочем, эти цифры далеко еще не дают понятия о действительном расширении города Ростова - на - Дону, ибо если город отводил один участок, люди «разного звания» самовольно занимали три участка. Это самовольное заселение, которому лишь недавно положен предел и, полагаем, окончательный, служит характеристической особенностью города Ростова, резко отделяющею его от прочих русских городов; указывает отчасти на сомнительную нравственность среднего, простого, серого люда и красною нитью проходит по всей истории Ростова. Это в высшей степени оригинальное явление — самопроизвольное, без ведома и согласия города и начальства появление целых слобод — имеет свою историю», — пишет в 1893 году историк Григорий Чалхушьян (1861—1939).
Самопроизвольно «зародились» следующие слободы: Богатого источника (впоследствии Богатяновка), Бессовестная (Затемерницкая) с прилегающей к ней Олимпиядовкой, Нахаловка (Новое Поселение), поселение на северо-восточной окраине города Николаевский (впоследствии Байковский (Собачий) хутор). Историк Чалхушьян пишет: «Прежде всего явился Богатый источник. Несмотря на все протесты и жалобы Городского управления, бродяги и проходимцы, известные, впрочем, более по источникам под названием «разного звания людей», самовольно, без спроса селились внизу крепости Св. Дмитрия и никому не платили налогов и податей, мало того, представляли сомнительный и ненадежный для города элемент».
В этом районе официально было отведено под строительство не более 50 участков, а между тем в 1844 году насчитывается в Богатом источнике более 450 домов, построенных совершенно произвольно и без плана. В 1845 году поселок при Богатом колодезе был включен в черту города. Методы, которыми легализовались постройки, очень напоминают нынешние: незаконно построенный дом перепродавали «добросовестному приобретателю», и снести его было ой как непросто.
В 1857 (по другим данным — в 1845) году появилась первая постройка за Темерником, а через год здесь стояла уже целая слобода — Бессовестная. Позже слобода получила название Затемерницкой. Что делать со всеми этими новостройками, власти не знали. Пока во главе города в 1884 году не встал Андрей Байков. Он предложил узаконить незаконные постройки. А за легализацию брать деньги. В слободах были учреждены должности комиссаров, на которых возлагалось непосредственное исполнение всех распоряжений городской управы и наблюдение за своевременным поступлением в городскую кассу с жителей этих поселений поземельных, выкупных, арендных и других платежей. К концу 1885 года Нахаловка и Затемерницкое поселения были легализованы. Дома, мешающие образованию улиц, были снесены. В Затемерницком даже появился проспект имени Коцебу (Павел Коцебу — генерал, участник Крымской войны, ныне проспект носит имя советского писателя Ставского. — «Главный») и улица Байковская — она есть на плане 1884 года (то есть улица появилась еще при жизни Байкова).
8 мая 1885 года контора для упорядочения населения открылась и на Богатяновке.
Граждане, желающие увидеть Ростов конца XIX века, могут прогуляться по этим районам — здесь мало что изменилось за последние 150 лет.
В истории появления Кирилловского поселка и Ясной Поляны (на окраине Нахичевани) ясности меньше. Как считает ростовский краевед Максим Штаханов, они «самозародились» на рубеже прошлого и позапрошлого веков и связаны с заводом, носящим сейчас имя «Красный Аксай». Там поселились работники этого завода.
Почему поселки назвали именно так? Загадка. В случае с Ясной Поляной можно предположить, что название как-то связано с Львом Толстым или же открытая всем ветрам местность показалась ее новым обитателям особенно солнечной, ясной. Ясная Поляна и сейчас местность с проблемами. Уже в 2010 году из репортажа Дон-ТР можно было узнать, что «герои следующего сюжета — жители столицы Дона, но по уровню жизни их вполне можно отнести к населению самого отдаленного района области: дорог нет, газа нет, электричество отрезали. И в довершение к стандартному набору жизни за гранью цивилизации — люди не могут прописаться в домах, заселенных много лет назад». Сюжет, если кто не понял, о Ясной Поляне. Из «дореволюционных» названий поселков до наших дней дожило еще одно имя — Дачный. В районе нынешней улицы Ленина, а тогда Широкой (территория примыкающей к нынешней площади Страны Советов), на рубеже XIX–X веков располагались городские дачи. Отсюда и название поселка. Кстати, еще одна дачная местность была в районе нынешнего зоопарка. Эти дачи сохранились лучше ленинских —наверное, потому, что здесь живут не люди, а питомцы ростовского зоопарка.
Как пишут в энциклопедиях и справочниках, в 20—0-е годы ХХ века строительство крупных промышленных предприятий потребовало рабочих рук, в Ростове возникли новые жилые поселки: Сельмаш, два поселка имени Орджоникидзе, имени Фрунзе, Красный город-сад, Северный, Рабочий городок, Донгипс (в конце Портовой). Здесь и селились работники расположенных неподалеку предприятий. Судя по характеру застройки, это было сочетание самозастроя (например, частный сектор на Сельмаше) и строительства по утвержденному плану...
Отдельного разговора заслуживает так называемая Говнярка. Так в народе прозвали поселок, расположенный сразу за Театральной площадью, слева от высоток (недостроенных, кстати) на Грибоедовском спуске. Как считает Максим Штаханов, поселок обязан своим названием комбинату благоустройства, расположенному на улице, носящей имя кубинского поэта Хосе Марти. Здесь когда-то ремонтировали ассенизационные и мусоросборные машины. Говнярка — самое страшное место в городе. Особенно участок, расположенный ближе к Дону. Улиц в обычном понимании здесь нет, есть отдельные строения в духе фильма «Миллионер из трущоб». В 70-х годах прошлого века этот поселок должен был быть снесен, а на его месте должен был появиться спуск к Дону. Однако планы так и остались планами.

Читайте также: