МЫ ДУМАЛИ, ГОРОД БУДЕТ, МЫ ВЕРИЛИ, САДУ ЦВЕСТЬ!

№85
«Главный» решил выяснить, как в обиход ростовчан попало такое романтичное словосочетание, как «Красный город-сад».
Текст Ольга Бородина. Фото Андрея Фарапонова.

Места, о которых пойдет речь (сектор между нынешним проспектом Стачки и Темерником), в не таком уж далеком прошлом не относились к территории Ростова, более того — к России. Еще в начале XVIII века это была Турция. Граница проходила как раз по реке Темерник. Позже, когда Ростов появился на карте, эти места также не входили в городскую черту и относились к территории Войска Донского. Ростов, как известно, не входил в эту область, а был частью Екатеринославской губернии.

На генеральном плане 1845 года были определены места для 509 дворовых участков площадью от 120 до 340 квадратных саженей. Несмотря на то, что плата за 1 квадратную сажень была десять копеек ассигнациями — небольшая сумма для тех времен — люди предпочитали селиться, где вздумается. И когда территория будущего центра Ростова была заполнена, зоркий взгляд поселенцев устремился в том числе и на западную сторону Ростова, за реку Темерник. Устремился, скажем так, самоуправно.

Вот как описывает это место писатель Г.П. Данилевский в книге «Воля»: «По взгорью здесь было раскинуто село... Бессовестная слободка. Домики и хаты слободки, точно кучи камешков, кинутых из горсти как попало, торчали тут без всякого порядка, лепясь по обрывам, сползая к маковкам. Это слободка селилась сама собою под городом, когда еще мало внимания обращали на то, кто сюда приходил и селился. Дух смелости и доныне тут царил на всей слободе. Все проделки против полицейских уставов в городе начинались отсюда».

Тогдашний ростовский голова Байков решил покончить с незаконным захватом территорий, а заодно пополнить городскую казну. В 1865 году он обратился в Екатеринославское губернское правление с просьбой узаконить Бессовестную слободку. 5 июля 1868 года был утвержден план этой части города. Ее стали называть Затемерницким поселением. Узакониванием (и связанными с этим делом поборами) должны были заниматься специальные комиссары.

Постепенно Затемерницкое обустраивалось. Здесь появился проспект — имени графа Коцебу, почетного гражданина Ростова (сейчас это улица имени Ставского). Появилась своя пожарная часть. 6 июня 1872 года на том месте, где позже был возведен Лендворец, построили Иоанно-Предтеченский храм. Среди жителей Затемерницкого поселения он был известен как «старая церковь».

Деньги на постройку церкви выделил купец Моисей Яковлевич Горбенко.

Позже около церкви возник Затемерницкий базар. Рабочим главных мастерских Владикавказской железной дороги хотелось, чтобы базар был больше, они даже обращались в думу за выделением лишних площадей за счет территории церкви, но власть все время отказывала им. Ночью 18 апреля 1813 года церковь сгорела, а на ее месте позже устроили временную деревянную и молитвенный дом с алтарем. Вот такой любопытный штрих.

К началу 20 века Бессовестная слободка стала рабочим районом. Кроме уже упомянутых мастерских Владикавказской железной дороги (вошли в строй в 1874 году, ныне это Ростовский электровозоремонтный завод), ее жители работали в депо, отправлялись отсюда в город — на табачные фабрики Асмолова и Кушнарева, на заводы Пастухова, Мартина, Токарева, в слесарные мастерские.

В летописи мастерских Владикавказской железной дороги, вышедшей в 1924 году, писали: «Где кончается территория мастерских не разобрать: ограды вокруг не было. Кругом грязь, местные извозчики оставляли драги в городе, а сами верхом на лошадях пробирались через дворы мастерских на проспект Коцебу. В мастерских не было ничего для удобства рабочих — вентиляции, отопления. Работали по 12 часов — с 6 утра до 6 вечера. Зарплата квалифицированного рабочего составляла 1 рубль в месяц, чернорабочие получали 50 копеек, ученики трудились бесплатно».

В самом поселке долгое время не было ни воды, ни одной мощеной улицы. После дождей улицы превращались в болото. Ростовские извозчики отказывались ехать сюда в дождливую погоду и смотрели на людей, которые просили перевезти их за Темерник, как на сумасшедших. С другой стороны, дождь выручал летом, когда особенно ощущалась нехватка воды.

Другая проблема заключалась в нехватке докторов. В ростовских газетах часто появлялись стихи с черным юмором на эту тему, а местным жителям ничего не оставалось делать, как обращаться за помощью к знахаркам. Лишь в конце 90-х годов XIX века городская дума выделила на тридцатитысячный поселок одного доктора. Только в 1906 году началось замощение проспекта Коцебу.

Неудивительно, что в начале ХХ века этот рабочий городок превратился в центр революционного восстания. Ноябрьская стачка 1902 года продолжалась 24 дня. К рабочим мастерских Владикавказской железной дороги присоединились рабочие плугостроительного завода «Аксай», цементного «Союз», рабочие асмоловской фабрики и многих других.

Одним из организаторов стачки был 25-летний Иван Ставский, чье имя в советское время было присвоено проспекту Коцебу. Всего в отдельные дни собиралось до 30 тысяч человек — и это при том, что все население Ростова в те годы не превышало 120 тысяч. Звучали разные призывы, начиная от требования сократить рабочий день до девяти часов, заканчивая необходимостью изменить существующий строй. 11 ноября произошло вооруженное столкновение казаков и рабочих. 8 рабочих были убиты, 23 ранены, десятки арестованы.

Газета «Искра» так описывала эти события: «Здесь творится нечто небывалое еще в России. Как только вспыхнула стачка в мастерских Владикавказской ж.д., на всех фабриках и заводах началось невиданное брожение. Во многих местах рабочие бросали работу и опять ее начинали, уходили с работы смотреть, что делается «на стачке», и потом приходили обратно. Забастовала и предъявила требования по-настоящему только фабрика Токарева (свыше 300 человек). Требования эти удовлетворены, и 11 ноября на фабрике началась работа».

Понятно, что и в 1905 году Затемерницкое поселение не осталось в стороне от революционного движения. Здесь появились баррикады (спустя много лет этот факт был зафиксирован в названии улицы Баррикадной). Власти применили против восставших артиллерию. Дружинники-революционеры, в свою очередь, ночью по льду обошли город и заняли завод «Аксай». 21 декабря восстание было подавлено, 100 человек убиты, в их числе Анатолий Собино, чье имя теперь носит расположенный в этих краях парк культуры и отдыха.

В 1924 году Затемерницкое поселение было переименовано в Ленинский городок. Городок этот дошел в своем практически первозданном виде до наших дней. Между тем, Ростов двигался в сторону Таганрога, и рядом с Ленгородком было решено построить Красный город-сад.

Сама идея города-сада впервые была описана английским писателем-утопистом Эбенизером Говардом в 1898 году. Город — по Говарду — представлял собой структуру из круглых зон. В самом центре его находится парк или площадь, его окружает жилая зона с малоэтажной застройкой и зелеными участками. Красный город-сад в Железнодорожном районе Ростова строился рабочими все того же паровозоремонтного завода, в 1924–1930 годах. Авторами проекта были С. Кршижановский, В. Куликов, И. Турусов.

«В зелени фруктовых садов трудно разыскать глазами жилые дома», — пишет автор книги «Ростов шагает в будущее» Ян Ребайн.

Полностью застройка района была закончена к 50-м годам ХХ века. Здесь разместились одноэтажные кирпичные многоквартирные дома и индивидуальные постройки с садовыми участками на одного, двух или несколько хозяев.

Ростовский Красный город-сад, что примечательно, вместил в себя два таких города-сада. Центром первого стала Рабочая площадь, и от нее, как лучи, в разные стороны расходились улицы Шмидта, Балакирева, Сакко и Ванцетти, а опоясывали их 1-я Кольцевая, 2-я Кольцевая, 3-я Кольцевая... Центром второго города-сада стала площадь Круглая. К ней вели улицы Токарная, Спартаковская, Ленинградская, переулок Дунаевского... Спустя годы советская власть предала забвению теорию города-сада. Сегодня многие дома, построенные в черте Красного города-сада, снесены.

Параллельно со строительством города-сада, в 1924 году, началось и строительство Дворца культуры железнодорожников имени Ленина — с инициативой выступил профсоюз Владикавказской железной дороги.

Место под строительство выбрали не случайно. На этом месте в 1902 году бились казаки и рабочие. Здесь 14 декабря 1905 года погиб Анатолий Собино.

Дворец в духе популярного в те годы конструктивизма строился по проекту ростовского архитектора Леонида Эберга. Работы продвигались быстро: 3 мая 1924 года был заложен фундамент, а 6 ноября 1927 года, в канун десятилетия Октябрьской революции, состоялось открытие дворца. Это было громадное монолитное здание с девятиэтажной башней. В годы войны оно было разрушено, потом Лендворец восстановили. Современный облик здания заметно отличается от первоначального. Ничего «конструктивистского» там не осталось.

После войны в жизни района произошло несколько знаменательных событий. В ноябре 1948 года был сдан в эксплуатацию Затемерницкий путепровод — 300-метровый мост высотой 15 метров. В 1957 году через Красный город-сад по улице Осипенко пустили первый трамвай.

На 50-е годы пришелся расцвет парка Собино. Здесь всегда играла музыка, а летняя киноплощадка, тир, аттракционы были полны людей. Здесь же находился планетарий, в котором можно было посмотреть научно-популярные фильмы. Еще в парке были самое высокое в городе колесо обозрения и детская железная дорога. Сейчас ничего этого нет. Именно этот парк предлагает городская администрация для проведения митингов. Ходят слухи, что парк все-таки реконструируют или сделают из него красивую рощу.

В 1956 году в Красном городе-саде возводится еще одно важное для Ростова и области сооружение — телебашня высотой 195 метров. 240 метров над уровнем моря. На строительство башни на улице Баррикадной потратили два года и 23 миллиона. 

В начале 60-х через Камышевахскую балку — излюбленное место митингов ростовчан — прошел проспект, в 1967 году получивший название Стачки. Город пошел дальше к Азовскому морю. «На площади, где во время войны и долго после войны собиралась «толкучка», строили широкоэкранный кинотеатр с модерным железобетонным козырьком над входом. Асфальт, который раньше кончался у «толкучки», теперь протянули далеко за город, к микрорайону, который в городской и областной газете называли «наши Черемушки». Над асфальтом стоял плотный городской шум: шли самосвалы, автобусы, грузовики, у которых вместо кузова — арматурная кассета для панелей сборных домов». Это Виталий Семин, роман «Семеро в одном доме».

Сейчас название Красный город-сад (так же, как и Затемерницкое поселение) официально не существует. Оно осталось в памяти преимущественно жителей этого района. А ведь раньше название района Красный город-сад указывалось на конвертах.


№ 85 Март2013 г.