Изначально фильм должен был выйти в кинопрокат 14 мая. Перенос премьеры связан с пандемией или же с технической стороной вопроса?
Перенос связан с пандемией. Руководством было принято выпустить фильм сразу, как заработают кинотеатры. Я считаю, этот поступок смелым. Единого мнения не было: пойдут ли люди в кинотеатры сразу после открытия, в связи со сложившейся ситуацией, или же будут побаиваться. Но поставили на то, что публика соскучится по кино на большом экране и обычной жизни. И, конечно, своим поступком хотим подтолкнуть и других участников кинопроцесса.
Как проводился кастинг на главную роль?
Мы долгое время искали и в России, и за рубежом актера на главную роль – харизматичного старика Ксенофонта. Так как это должен был быть человек с греческими или кавказскими корнями, мы поехали искать подходящего актера в Грузию. И там случилась магия. Много замечательных актеров пришло на пробы, всех их мы знаем со времен советского кинематографа. Но Михаил Гомиашвили был единственным, кто сразу идеально вписался в роль. И грузинские коллеги сказали: «Многие могут сыграть главную роль в этом фильме, но Мише даже играть не придется – он и есть этот фильм».
Какие у вас ожидания от кинокартины? От зрительской реакции?
Ожидать чего-то конкретного, в особенности от зрителей, не самая лучшая идея. Мне кажется, в первую очередь, нужно ожидать от себя. То, что мы хотели сказать в фильме, мы пытались всеми доступными киносредствами рассказать. И, если фильм вызовет те эмоции у зрителя, на которые мы рассчитывали, это будет отлично. Работа проделана не зря.
Как вы оказались внутри проекта?
Василий Соловьев, генеральный продюсер картины, отправил мне сценарий. Я получил его около одиннадцати вечера, и около двух-трех часов ночи я написал ему, что чтение меня увлекло, хоть я и не дочитал еще до конца. Наверное, тема фильма попала в мое мироощущение, конечно, хотелось высказаться.
Как вам тайцы?
Тайцы особенные люди – приветливые, радушные, никуда не спешащие. Даже когда съемочный день летит в пропасть. Они очень сообразительные. Иногда хитрые. Но абсолютно точно – не злопамятные.
Сталкивались ли вы с трудностями во время съемок? Если да, то с какими?
Сложности, конечно, были – как на любом кинопроизводстве. Тем более, что во время водных съёмок, любая качка – это уже сложность, а мурены, медузы, соленая вода и прочие морские «обстоятельства» делают процесс непредсказуемым. Морские съёмки – это всегда опасность «запороть» камеру, причем, не только уронив ее в воду, но и из-за солевых испарений. По этой причине приходилось таскать с собой два комплекта оборудования.
Чем этот проект принципиально отличается от предыдущих?
Каждый проект принципиально отличается от предыдущего. Есть тема, на которую хочешь высказаться, высказываешься. Есть определенная проблема, которую хочешь обсудить со зрителем путем кино, общаешься, ставишь вопросы перед зрителями, на которые они пытаются ответить после просмотра. В этом и заключается работа режиссера, поэтому каждый новый фильм отличается от предыдущего всем.
Что нового узнали за время съёмок?
В каждой новой работе ты узнаешь что-то новое. Кино – это постоянное путешествие, даже если оно снимается в пределах одного города. Это путешествие с новой командой, и, конечно, люди, которые работают над этим кино, дают новые ощущения. Любой человек, связанный с этой сферой, в душе – романтик. Тот, кто идет в кино, заинтересован в этом образе жизни. И в общении, особенно в дальних экспедициях, где все живут рядом и проводят большую часть дня вместе, и это прекрасно узнавать людей с разных сторон. Это авантюра, на которую решится далеко не каждый.
