«В 2004 году, за несколько лет до мирового кризиса, в банковской системе России произошли определённые реформы. Самой спасительной из них стало создание Системы страхования депозитов: неблагонадёжные банки сами отсеялись, а остальные вошли в эту систему и пообещали гражданам, что 400 000 рублей депозита у каждого человека застрахованы даже на случай банкротства банка, сегодня эта сумма составляет 1 400 000 рублей.То есть даже при худшем исходе вкладчик потеряет лишь то, что вложил в банк сверх этой суммы, а всё что до — вернёт государственная система», — рассказал Олег Свиридов.
По словам эксперта, Система страхования депозитов России спасла средства огромного числа российских вкладчиков в 2007–2008 годах и защищает наши деньги по сей день.
«А самой губительной реформой, как выяснилось потом, стала отмена восьмого экономического норматива. Если не вдаваться в подробности, это один из нормативов, которые банки должны были соблюдать, чтобы доказывать Центральному банку свою ликвидность. Восьмой норматив запрещал банкам брать ресурсы из одного источника: они должны были не только раздавать кредиты многим клиентам, но и сами брать в долгунескольких вкладчиков, чтобы крупныйкредитор не мог прийти и в один день потребовать назад все деньги, которых у банка «на руках» нет. Если кредиторов много, вероятность того, что они придут забирать свои вклады в один момент,значительно снижается. Но тогда банкиры об этом не думали и стали монолитно занимать у американских банков, предлагавших хороший процент. В 2007 Америку захлестнул кризис, их банки потребовали немедленного возврата средств, поэтому их кризис коснулся и нас», — объяснил Олег Свиридов.
Теперь, 15 лет спустя, когда американскую экономику потряслозакрытие главного банка «Кремниевой долины» — Silicon Valley Bank, и мир вновь заговорил об угрозе глобального кризиса,профессор Свиридов поделился, что российская банковская система вынесла несколько важных уроков из предыдущего кризиса, и подобное больше не повторится.
«Хоть восьмой норматив и не вернули, российские банки больше не занимают средства из одного источника: во-первых, они научены горьким опытом, а во-вторых международные санкции больше не позволяют попадать в такую зависимость от иностранных банков, и тем самым стабилизируют российскую экономику», — поделился Олег Свиридов.
А ещё после кризиса 2008 года в России появилась система страхования кредитов. Тот же обанкротившийся недавно Silicon Valley Bankпопал в такую ситуацию, потому что вложился в криптовалюту и привязался к криптобиржеFTX: обанкротилась биржа — обанкротился и SVB. Если российский банк вдруг решит инвестировать в такую рискованную отрасль как «крипта», он, конечно, волен это делать, но должен будет создать денежный резерв в размере 70, 90 или даже 100 % от выдаваемой ссуды.
«Выдавая кредит банк в России относит его к определенной группе риска согласно инструкции Центробанка. Есть безрисковые кредиты, для которых ничего не нужно, ведь заёмщик точно вернет всю сумму — это, например, государственные ценные бумаги.Если у заёмщика хорошая кредитная история и он давно на рынке, под такой низкорисковыйкредит нужно закладывать 20–30% ссуды в резерв. А вот если за кредитом пришла фармакологическая компания, нужно помнить, что 85–90% всех экспериментов с новыми лекарствами заканчиваются неудачей, а значит кредит высокорисковый и требует большого резерва», — подытожил Олег Свиридов.
Таким образом ни один российский банк не повторит ошибку американского SVB, который лопнул вместе с финансовым пузырём IT-стартапов, который так долго сам же и раздувал. В итоге государственные системы России — система страхования кредитов исистема страхования депозитов, а также оторванность российского банковского сектора от американского и мирового банковских рынков, защищают нашу страну в условиях кризиса финансовой глобализации.
