Гарри Поттер родился 31 июля 1980 года. В свой одиннадцатый день рождения в 1991 году Гарри узнает, что он волшебник — приходит великан Рубеус Хагрид и говорит ему, что тот должен поступить в Школу чародейства и волшебства Хогвартс.
Многие из тех, кто читал книги и смотрел фильмы о мальчике, который выжил, мечтали о такой школе, но чему бы вы там учились? Такие предметы, как трансфигурация, чары или защита от тёмных искусств, для нас, маглов, были бы бесполезны, в то время как по истории магии, астрономии или гербологии можно было бы защитить диссертацию и в неволшебном мире.
Но куда отнести зельеварение, сколько в мастерстве профессора Снейпа от магии, а сколько от науки, рассказывает доцент кафедры химии природных и высокомолекулярных соединений Химического факультета ЮФУ Олег Буров.
Философский камень
В Средние века колоссальный вклад в изучение химических элементов, веществ и вариантов их взаимодействия внесли алхимики. Арабский учёный Джабир ибн Хайян на рубеже 8−9 веков написал о существовании субстанции, которая может не только превращать любой металл в золото, но и лечить от любых болезней, а значит, дарить своему обладателю бессмертие. Так началась многовековая погоня многочисленных придворных лабораторий за «философским камнем».
«Процесс получения философского камня — «Magnum opus» — состоял из 12 стадий. Мало того, что 10 из них сохранились в химии, так ещё и стали методами кулинарии: редукция — для соусов; кристаллизация — для карамелей; экстракция, а именно анфлераж — для получения сливочных начинок конфет; сепарация — для приготовления сливок из молока; ферментация — для приготовления бастурмы, хамона, салями или, как минимум, квашения капусты. Так что, ценители высокой кухни, всё, что вы любите, — одна сплошная алхимия!» — рассказал Олег Буров.
В мире Гарри Поттера философский камень получил алхимик Николас Фламель, а в нашем мире его так никто и не нашёл. Зато знания людей о свойствах химических веществ невероятно обогатились, было совершено множество открытий, имевших далеко идущие последствия. Например, на рубеже 13−14 веков испанский алхимик Арнольд из Виллановы создал труд, в котором подробно описал не только различные яды, но и противоядия, а также лечебные свойства растений.
«Из времён алхимии к нам пришли многие технологии, методы, подходы и, конечно же, посуда. Это, например, колбы разных форм, всевозможные фильтры, капельницы или пипетки, змеевики и многое другое. Химия и фармацевтика, какими бы высокотехнологичными ни были, используют придуманные алхимиками процессы — перекристаллизацию, перегонку, коагуляцию – самые разные процессы», — поделился Олег Буров.
Учёный добавил, что многие ценители элитного алкоголя не признают ректификат, то есть спирт высокой очистки, не имеющий следов исходного сырья, а предпочитают традиционный дистиллят, каким его получали ещё мечтатели об эликсире бессмертия.
Строго следовать рецепту
Кафедра химии природных и высокомолекулярных соединений Химического факультета ЮФУ изучает химию различных природных объектов, в центре внимания находятся алкалоиды растений — наиболее ценными являются начала медицинских свойств этих растений.
«Как бы ни была развита химическая технология синтеза искусственных аналогов, всегда дешевле и проще извлекать вещества из природных источников: это и различные опиаты для медицинских целей, и различные антибиотики, получаемые из грибков или бактерий», — рассказал Олег Буров.
Очень часто вещества в биологическом плане раскрываются в присутствии какого-то другого соединения, поэтому в химии, как и в зельеварении, важно уметь не только получать искомое вещество, но и умело смешивать его с другими.
Кафедра природных соединений активно сотрудничает с “НМИЦ онкологии” Минздрава России, изучая активные начала растений для борьбы с раком. Прекрасное противораковое действие показал, например, алкалоид берберин, содержащийся в барбарисе. Так вот он многократно усиливает свою активность в присутствии другой примеси, содержащейся в барбарисе. Да и сам берберин усиливает действие многих антибиотиков и противораковых препаратов.
«Учёные всего мира изучают активные начала растений, грибов, некоторых животных — это передовой край науки. Всё время ведётся поиск природных веществ с наиболее ярко-выраженными свойствами, нужно лишь правильно найти область применения и дозу», — рассказал Олег Буров.
Учёный привёл в пример ботулотоксин — сильнейший яд, вырабатываемый клостридиями, который тем не менее нашел применение в косметологии.
Корень златоцветника и настойка полыни
Многие зелья из книг имеют реальные прототипы. Любовные зелья — это смеси, увеличивающие выработку окситоцина и эндорфинов. Сыворотку правды ещё в первой половине двадцатого века взяли на вооружение спецслужбы.
«Ну а зелье удачи Феликс Фелицис — это по сути любое успокоительное из аптеки: не будет страха, не будет и провалов от неуверенности!» — поделился Олег Буров.
Первое, что сказал профессор зельеварения Северус Снейп при встрече с Гарри Поттером: «Скажите, что я получу, если смешаю корень златоцветника и настойку полыни?». Литературоведы давно расшифровали это тайное послание Джоан Роулинг: на викторианском языке цветов златоцветник означает «мои сожаления последуют за вами в могилу», а полынь символизирует утрату. Получается, что он выразил соболезнования о смерти Лили, мамы Гарри.
Мистицизм златоцветника (Asphodeline lutea) связан с мифами о том, что это растение древнегреческого Подземного мира, хотя сами жители Средиземноморья утверждали, что «никаких... свойств ему не присуще, кроме мошенничества».
Если же понять совет принца-полукровки буквально и смешать корень златоцветника и настойку полыни получится отменный состав для лечения хронического пиелонефрита бактериальной природы и расстройств ЖКТ, считает доцент ЮФУ Олег Буров.
«Химик-природник, собственно, как и любой другой химик, — это тот же зельевар. Что-то смешивает, что-то постоянно у него дымится, булькает, шкварчит. Только, пожалуй, котлы в лабораториях заменены на стеклянные колбы или стаканы, но суть одна и та же», — подытожил Олег Буров.
Южный федеральный университет поздравляет всех поттероманов с днём рождения любимого героя и напоминает, что порой наука может быть не менее интересной, чем магия.
