ТРИ ЖЕНЫ МАРШАЛА БУДЕННОГО.

№ 83
Уроженец хутора Козюрин станицы Платовской, легендарный герой гражданской войны в молодости служил унтер-офицером в царской армии и мечтал, вернувшись на родной Дон, стать коннозаводчиком. Увы, началась революция. Два года — с 1918-го по 1920-й — уроженец донского хутора Козюрин Семен Буденный беспощадно рубал белоказаков, сражаясь за Советскую власть. Громыхали по Руси тачанки его Первой Конармии, создавая легенду о народном герое. «Веди, Буденный, нас смелее в бой!» — пели на фронтах Второй мировой. Но кто бы знал, главной мечтой командарма были тихие семейные радости: ненаглядная жена и трое долгожданных деток.
Текст  Юлии Быковой ФОТО  из архивов

Надежда Ивановна.

Первый раз Семен Буденный женился в 20 лет, в 1903 году. Его Надежда слыла самой красивой на соседнем хуторе. И что привлекло ее в Семене? Уж точно не достаток. Семья Буденных, где росло восемь детей, — из иногородних. Бывшие крепостные, приехали на Дон из Воронежской области. Таким здесь в то время прав не было. Семен с малых лет — в батраках у купца Яцкина, отец половину урожая казакам отдает. Удалью, наверное, приглянулся Семен Надежде. Буденный — лучший наездник в станице. От самого военного министра, генерала Куропаткина, на празднике рубки лозы серебряным рублем награжденный.

Мастерство наездника выручит Семена, когда, спустя пару месяцев после женитьбы, призовут в царскую армию. Сначала — драгунский полк на фронтах русско-японской войны, затем — петербургская школа наездников. Как лучший ученик, Буденный стоит в карауле Зимнего дворца и однажды сам Николай II поздоровается с ним за руку.

Дослужившись до унтер-офицера, Буденный решает остаться в армии на сверхсрочную. Копит деньги, мечтает вернуться на Дон и завести свое конное хозяйство. Через 11 лет, в 1914 году, Семен Буденный получает первый свой отпуск. Домой! К жене. Буденный знает, что работящей невесткой его отец в целом доволен. Но намекает, что молодуха без мужа иногда позволяет себе лишнего.

Итак, на Дон! Все планы его рушит первая мировая война. Буденного призывают в Кавказскую дивизию. Он, взводный, участвует в кутерьме кавалерийских походов — Польша, Грузия, Турция, Персия... Эти события он опишет в мемуарах «Пройденный путь». Будет утверждать, что за свои подвиги награжден полным георгиевским бантом. Будет вспоминать о том, с каким удовлетворением принял он весть о свержении самодержавия, как товарищи избрали председателем большевистского солдатского комитета дивизии...

Но когда закончится эпоха СССР, историки не найдут подтверждения этому. «Вплоть до Октябрьской революции Семен Михайлович политикой не интересовался, был рьяным служакой и вряд ли с восторгом воспринимал революционные перемены. И только начавшаяся гражданская война заставила его сделать политический выбор» — так напишет о нем историк Борис Соколов.

Когда в ноябре 1917 года Буденный возвращается в Платовскую, в народе уже идет брожение: «Ты за красных аль за белых?» У иногороднего Буденного, выросшего изгоем в казачьей вольнице, выбор был недолгим. Съезд Советов избирает его заведующим земельным отделом Сальского округа.

Для борьбы с войсками походного атамана Попова формируются красные партизанские отряды. Один из них возглавил Буденный. С собой он забирает из отцовского дома и Надежду Ивановну, которая в отряде заведует снабжением и медицинской частью. Вместе со своей боевой подругой Буденный пройдет всю гражданскую войну.

В герои его вывел случай: когда в 1919 году под Царицыным развернулись бои с белоказаками, Буденный ходил в заместителях у Думенко, командира 1-й Донской кавалерийской бригады.

Затем был Воронеж, откуда отряд Буденного выбил генерала Шкуро, захватив 3 тысячи пленных, 4 бронепоезда, 122 орудия и 4 танка. После таких оглушительных побед у Иосифа Сталина возникнет мысль о создании на базе конного корпуса Буденного Первой Конармии, добавив артиллерию, бронепоезда, авиационную группу и автобронеотряд. Всего семь тысяч бойцов.

Костяк Конармии Буденного составляла казачья беднота, для которых он был в доску своим мужиком. Известный журналист того времени Ветлугин писал в белогвардейских газетах: «Драгунского полка вахмистр Буденный — храбрый, сметливый мужик; популярный, потому что безумен в атаках, щедр в грабежах, снисходителен к громилам».

В январе 1920 года отряды Первой Конармии Буденного, преследуя Деникина, займут Ростов. Белогвардейцы сдадут город без сопротивления: «В трамвае едет группа белых офицеров. Они навеселе, рассказывают анекдоты. Вдруг на подножку вагонов вскакивают наши бойцы и выбрасывают офицеров из трамвая... В зале богатого особняка дамы и офицеры, чопорно раскланиваясь, танцуют мазурку, не подозревая, что рядом в столовой за накрытым столом уже располагаются конармейцы», — вспоминал Буденный.

Спустя много лет будут обнародованы и другие свидетельства того, как Конармия праздновала захват Ростова. Из телеграммы в Москву представителя ВЧ К Петерса: «Армия Буденного разлагается с каждым днем: установлены грабежи, пьянство, пребывание в штабе подозрительных женщин, по службам были случаи убийства наиболее сознательных товарищей. Буденный перестает считаться с кем-либо...» Дурные вести доходят до Ленина. Он шлет секретную телеграмму Орджоникидзе, который в то время тоже в Ростове: «Т. Серго! Получил сообщение, что Вы + командарм пьянствовали и гуляли с бабами неделю... Скандал и позор!»

Буденному приходится оправдываться: дескать, на его армию, красу и гордость красных войск, повлиял Ростов-на-Дону — «вертеп буржуазного разврата и мерзости». Скандал удается замять Сталину, уже тогда всячески поддерживающего Буденного, и на 12-е сутки Первая Конармия наконец-то выдвигается из опустошенного города.

Впереди — новые победы. В феврале 1920 года Буденный громит конницу генерала Павлова у кубанской станицы Ново-Корсунской, под донским Егорлыком полностью вырублен элитный офицерский полк. После чего, по воспоминаниям белоказачьих генералов, «началась «Голгофа белой конницы». Армия Буденного уже безостановочно теснит врага до Новороссийска. В честь победы над Деникиным в гости к Буденным приезжают поэт Демьян Бедный и певец Федор Шаляпин. Их принимают в личном семейном вагоне, угощая шампанским и донским салом. Войне, казалось бы, конец. Но у Ленина возникает идея экспорта революции, и Первая Конармия отправляется на польский фронт. И вновь бои, и Буденный лично ведет конницу в атаку: «Он был разгорячен боем, сверкающий клинок сабли опущен, усы задорно торчат, фуражка, закрепленная ремешком на подбородке, лихо сбилась набок...

«С нами Буденный! Ур-рр-ааа!» — вспоминает очевидец. И вновь грабежи, разбои, убийства, изнасилования...

О том, чем жил боец Конармии в те дни, пишет в дневнике служивший в ее рядах Исаак Бабель: «Иван Иванович — сидя на скамейке, говорит о днях, когда он тратил по 20 тысяч, по 30 тысяч. У всех есть золото, все набрали в Ростове, перекидывали через седло мешок с деньгами и пошел... У всех длинная история — Деникин, свои хутора, свои предводители, Буденный, походы по 200 человек, разбойничьи налеты, богатая казацкая вольница, сколько офицерских голов порублено... Великолепное товарищество, спаянность, любовь к лошадям, лошадь занимает 1/4 дня... Совершенно своеобразное отношение к начальству — просто, на ты».

Сборник рассказов «Конармия» Бабеля привел командарма в бешенство. Из-за «бреда сумасшедшего еврея» Буденный ругался с Горьким, вступившимся за Бабеля, и жаловался Сталину — без результата. Но потом остыл и даже пошутил однажды на вопрос: «Семен Михайлович, вам нравится Бабель?» — «Ну, это смотря какая бабель».

В апреле 1921 года образован Северо-Кавказский военный округ. Командующий — Ворошилов, Буденный — его заместитель. Обе семьи дружно живут в Ростове, в роскошном экспроприированном особняке (особняк Парамонова на Малой Садовой, ныне улице Суворова. — «Главный»). Надежда Ивановна ведет хозяйство, благо — есть из чего. Деликатесы и вина, пирушки и развлечения...

Но любви уж нет. Он — живая легенда, к его ногам готова пасть любая. Она — малограмотная, растолстевшая, легко переходящая на «трехэтажный». Живут, как чужие. И детей нет, в чем оба винят друг друга. Когда Буденного переведут в Москву помощником главкома по кавалерии, случится трагедия. Однажды вечером Буденный оставит на видном месте свой пистолет. Надежда, вернувшись с вечеринки, как всегда в компании своих молодых друзей, возьмет «вальтер», приставит к виску и скажет: «Смотри, Сема, стреляю!» и на глазах у всех нажмет на курок.

До конца своих дней Буденный будет утверждать, что это был несчастный случай. Но, по слухам, Надежда Ивановна покончила жизнь самоубийством. Якобы незадолго у них случился серьезный разговор, и Буденный заявил жене: «Ухожу к другой». И слухи те похожи на правду.

Ольга Стефановна.

Всего лишь пару дней спустя после похорон первой жены Буденный ввел в дом новую — Ольгу Стефановну Будницкую. За год до этого они познакомились на курорте, в Кисловодске. Это была любовь с первого взгляда: разглядев в командирский бинокль гулявшую с каким-то ухажером стройную красавицу, Буденный предпринял успешную атаку и отбил Ольгу. Выросшая в бедной семье, из Курской губернии она приехала покорять Москву. У Ольги был редкий голос — контральто. Говорят, Буденный лихо аккомпанировал ей на гармошке, играть на которой выучился еще в детстве.

Вскоре они поженились. Жизнь, казалось бы, сложилась. Позади военное лихолетье, в котором ему удалось выжить. Он пользуется всеми привилегиями: от шикарного личного авто до всенародной любви как «первой шашки» молодой Советской республики. О нем слагают песни — больше, разве что о Ленине.

«Хитроватый казак весьма ревниво берег свою популярность... Он выступал перед студентами московских высших учебных заведений и перед детьми во Дворце пионеров. Его усатое лицо появлялось во вновь открытом родильном доме для фабричных работниц и на московском ипподроме перед началом скачек, — вспоминал о Буденном бывший журналист «Известий» М. Соколов, после войны эмигрировавший в США. — В публичных своих выступлениях Буденный почти всегда разыгрывал роль старого рубаки... Выступая однажды на совещании по вопросам физиологии при Академии наук СССР, поучал академиков, как надо чистить, кормить и поить коней, и требовал «придумать» такую конюшню, чтобы коням в ней было «светло, тепло и весело».

Буденному — 41 год, седеющие усы приходится подкрашивать. Самое время наслаждаться тихим семейным счастьем. Но его жене Ольге — всего-то 20 лет. И она мечтает о славе. Какие там дети? Легко поступив в Московскую консерваторию, она вскоре становится солисткой Большого театра. Ольгу манит светская жизнь. И пока ее легендарный муж, генерал-инспектор кавалерии Красной армии, разъезжает с речами по воинским частям и проводит шумные застолья с однополчанами, Ольга Стефановна заводит бурный роман с одним из теноров Большого театра. Буденный знает, но терпит. Он обожает ее блеск и красоту, гордится ее знанием французского языка. Сам-то он малограмотный. В 1932 году по настоянию Сталина он, не имевший к тому времени даже начального образования, оканчивает Военную Академию имени Фрунзе. Впервые в своей жизни учит русский язык, литературу, математику, историю и географию.

Сам Сталин относится к Буденному с показным вниманием. Он не видит в этом усаче угрозы для себя — в отличии, например, от расстрелянного впоследствии Тухачевского. Тот, из дворян, «голубая кровь», с образованием и старорежимными манерами — кто знает, что у него на уме? Буденный же виден насквозь: без амбиций — простецкий, порой даже комичный в своей неуклюжести. В 1935 году Буденный становится одним из пяти первых маршалов Советского Союза. «Лучше быть красным маршалом, чем белым офицером», — любит повторять Буденный. Меж тем его «канареечка», как называл жену Буденный, не отказывает себе в сомнительных удовольствиях. У нее — новая страсть: приемы в иностранных посольствах. Буденный терпит и это, продолжая гордиться красотой и блеском Ольги.

Наступает 1937 год. О том, что, по информации НКВД, его жена «неприлично ведет себя», впервые ему говорит лично Сталин. И добавляет: «Мы этого никому не позволим». Буденный идет разбираться к Ежову. «Вскоре я имел встречу с Ежовым, который в беседе сообщил мне, что жена вместе с Бубновой и Егоровой ходит в иностранные посольства — итальянское, японское, польское, причем на даче японского посольства они пробыли до 3 часов ночи... Я заявил Ежову, что оснований к аресту жены не вижу, так как доказательств о ее политических преступлениях мне не приведено», — вспоминал Буденный.

Ольгу арестовали в тот день, когда он был в командировке за пределами Москвы. По воспоминаниям жены маршала Егорова, Буденный рассказывал об этом и по щекам его текли слезы. Но обратиться с просьбой об освобождении к Сталину не решился. И был ли в том толк? Ольгу обвинят в шпионаже, и она даст признательные показания: якобы семь лет тайно сожительствовала с сотрудником разведки панской Польши и получила от него в качестве вознаграждения за предоставленные сведения более 20 тысяч рублей.

«Мои личные отношения с Семеном Михайловичем были следующие: в начале знакомства я его полюбила за ласку. Несмотря на то, что он меня очень любил, он давал мне почувствовать, что я — человек маленький, что совершенно верно, не имею заслуг и пользуюсь материальными благами, предоставленными мне не по праву, что он пользуется машинами и домами отдыха ЦИКа, потому что заслужил, а причем здесь я, что моя роль ухаживать и заботиться о его здоровье и хорошем настроении, что, конечно, правильно, он говорил, что я должна зарабатывать себе славу сама...», — писала она после избиений и пыток.

Несколько лет Ольга просидит в одиночке. Сойдет с ума. В 1945 году ей добавят еще 3 года тюремного срока, а после отправят в Сибирь на поселение. Бывшая прима Большого театра будет работать уборщицей в школьной столовой и терпеть издевательства местных жителей за то, что якобы хотела отравить всенародно любимого маршала.

В безумных мучениях пройдут 19 лет. Освободят ее лишь после смерти Сталина, в 1953 году. Только тогда Буденный решится написать ходатайство в Главную военную прокуратуру СССР: «Училась Ольга Стефановна старательно, активно вела общественную работу. Никогда не замечалось и намека на то, чтобы она проявила какое-либо недовольство советской властью. В материальном отношении потребности у нее были скромные, алчности в этих вопросах она никогда не проявляла. В заключение должен сказать — я не верю, чтобы она могла совершить преступление против советской власти. С. Буденный, 23 июля 1953 года».

Вскоре Буденный заберет Ольгу Стефановну из Сибири в Москву, поможет получить жилье, устроит в кремлевскую больницу и будет помогать до самой своей смерти.

Мария Васильевна.

Третьей женой маршала стала студентка стоматологического института Мария. Она была на 30 лет младше Буденного и приходилась ему дальней родственницей — двоюродная сестра его второй жены Ольги Стефановны. Свахой, как ни покажется это странным, выступила теща маршала, которая после ареста своей дочери Ольги Стефановны осталась жить с зятем. Старуха, наверняка, понимала: семейная жизнь ее Ольги рухнула и — не пропадать же добру! — обратила внимание своего легендарного зятя на племянницу. Расчет оказался верным. Буденному стоило жениться как можно быстрее, чтобы не вызвать подозрений Сталина в том, что еще любит арестованную жену — а значит, затаил обиду. К тому же стареющий маршал по-прежнему мечтал о семье и потомстве.

События развивались стремительно. Уже через месяц после ареста Ольги Стефановны однажды за обедом Буденный обратился к Марии Васильевне:

Как вы ко мне относитесь?

Как к любимому народному герою, — ответила та.

Замуж за меня пойдете? — без обиняков спросил он.

Я боюсь...

Буденный отправит ее в Курск за советом к родителям, Мария Васильевна вернется с благословением. Она еще долго будет звать его по имени-отчеству и на «вы», пока тот однажды не гаркнет: «Я твой муж! А Семён Михайлович на коне сидит». Уже через год в новой семье Буденного на свет появляется долгожданный первенец — сын Сергей. В том 1938 году счастливому отцу исполнилось 55 лет. Еще через год рождается дочка Ниночка. В 1944 году — еще один сын, названный Михаилом в честь отца Буденного.

«Жили мы с ним душа в душу с первого дня до последнего. Ни разу не ссорились... От общества кремлевского он меня всегда прятал. Боялся потерять. Иногда он говорил: «Как ты не побоялась пойти за меня, я такой был невезучий: одна жена застрелилась, другая в тюрьму села». Мы и квартиру поменяли, чтобы ему о прошлом напоминаний не было... Он так радовался, что рождались дети. У него с теми женами дети не получались, и он думал — в нем причина», — вспоминала Мария Васильевна.

Третий брак по расчету обернулся браком по настоящей любви. И вновь маршалу кажется, что теперь уж ничто не может нарушить его семейный покой. Так оно и было бы, если б не Великая Отечественная... В июле 1941 года Сталин назначает Буденного главнокомандующим войсками Юго-Западного стратегического направления. Увы, бывший командарм Первой Конармии в свои 58 лет уже не тот бесстрашный рубака. Тот, который в былые годы мчался впереди своей конницы с шашкой наперевес, сейчас от бомбежки прячется в танке.

«Когда я подъехал к штабу Буденного, меня удивил стоявший у крыльца танк. Заметив мое недоумение, Буденный пояснил: «Сейчас не то, что в гражданскую. У немцев техника, самолеты, вот я от них в танке и укрываюсь, езжу на нем вместо автомашины», — вспоминал Никита Хрущев, определенный к Буденному в заместители. Возможно, Буденный и вправду теперь уж очень опасается за свою жизнь, всем сердцем прикипев к любимой жене и долгожданным детям.

«Здравствуй, дорогая моя мамулька! Люблю я тебя беспредельно и до конца моего последнего удара сердца буду любить. Ты у меня самое любимое в жизни существо, ты, которая принесла счастье, — это наших родных деточек. Думаю, что все кончится хорошо, и мы снова будем вместе... Привет тебе, моя родная, крепко целую тебя, твой Семен. 19 сентября 1941 года», — пишет он жене.

На Юго-Западном направлении Буденный терпит неудачу, и Сталин перебрасывает на Резервный фронт. В течение двух суток Буденный лично объезжает войска. Картина безрадостная: у многих ополченцев нет даже винтовок. Вскоре и здесь его войска ждет провал. Под командованием Буденного будет еще и Северо-Кавказский фронт, но былой славы ему уже не сыскать. Великая Отечественная не была войной Буденного. Разумом своим Семен Михайлович навсегда так и остался «на той далекой, на гражданской», на полном серьезе пытаясь убедить Сталина в пользе конных отрядов Красной армии в боях против фашистских танков. В январе 1943 года Буденный был назначен командующим кавалерией Красной армии.

«Это был чисто декоративный пост, не предполагавший непосредственного руководства боевыми действиями», — утверждает историк Борис Соколов. Коневодство стало главным занятием Буденного после войны. С 1947 года он — заместитель министра сельского хозяйства по коневодству. С энтузиазмом Буденный берется возрождать разведение ценных пород лошадей — прежде всего, на родном ему Дону. В 1948 году выведенные на двух конезаводах Ростовской области рысаки были названы его именем. Буденный числится автором более 70 работ на эту тему, под его редакцией выходит эпохальный труд — пятитомник «История лошади». Впрочем, говорят — за Буденного писали референты.

Еще при жизни Сталина маршала выводят из состава ЦК КПСС. В 1963 году уже Хрущев, как утверждает его дочь Нина, из-за интриг маршала Тимошенко (тот пожаловался Хрущеву на пьяного Буденного) хотел было «вытурить» маршала из армии: «У папы было предынсультное состояние, он с ума сходил — армия для него была всем на свете. Но мама дружила с Ниной Петровной Хрущевой... Мама пошла к ней, объяснила ей, что все это наветы... Тогда Хрущев сказал: «Пусть пишет покаянное письмо». Папа покаялся, и ему бросили кусок — посадили на ДОСААФ», — вспоминает Нина Семеновна. Чтобы сгладить неловкость, Хрущев в порядке исключения разрешает Буденному построить персональную дачу в Баковке.

Всю свою крестьянскую сметку маршал направил на обустройство этой усадьбы: 7 га лесных угодий с фруктовым садом, пруд, парники и скотофермы... В адрес Хрущева тут же пришла анонимка: «Буденный от своего крупного хозяйства государству не платит по поставкам: ни овощей, ни огородины, ни мяса, ни молока, ни яичек... Люди высмеивают Буденного, говорят, что Семен Михайлович уже дожился до полного царства коммунизма». Но Хрущев уже не обращает внимания на кляузы. Ему, видимо, достаточно того, что некогда легендарный герой, у которого к тому же он был когда-то в подчинении, полностью признал его власть над собой. Более того, он дважды награждает Буденного «Золотой звездой» Героя Советского Союза. Третью «Золотую звездочку» первый маршал СССР получит уже из рук Брежнева. По этому поводу Семен Михайлович шутил: «Когда я был герой, еще не было золотых звезд, а сейчас есть золотые звезды, но какой я теперь герой...»

В 1959 году из пятерки первых маршалов СССР в живых остался лишь Буденный — Ворошилов уже ушел из жизни, Тухачевский, Блюхер и Егоров погибли от репрессий. В свет выходят четыре тома его мемуаров «Пройденный путь», которые становятся единственными в те годы и потому очень популярными воспоминаниями о гражданской войне. Слава маршала вспыхивает с новой силой. Известность Буденного так велика, что о нем сочиняют анекдоты: «Заходит покупатель в антикварный магазин и просит: «Заверните мне вот эту фаянсовую кису». А продавец ему укоризненно: «Это не киса, это Семен Михайлович Буденный». На закате лет он наконец-то добьется того, о чем мечтал в молодости — любимые жена, дети, внуки, правнуки...

А про то, как Семен Михайлович охранял свое позднее семейное счастье, некогда ходила легенда. Якобы однажды за Буденным пришли: хотели взять его при жене и детях. Он открыл огонь из пулемета по незваным гостям, а когда те отступили, бросился звонить Сталину:

Иосиф Виссарионович! Контрреволюция! Меня брать пришли! Живым не сдамся!

Сталин якобы рассмеялся и приказал оставить Буденного в покое. Умер Буденный на 91-м году жизни. Утром 20 октября 1973 года Семен Михайлович пожаловался жене на сильную головную боль. К вечеру 26 октября 1973 года Семен Михайлович Буденный скончался от кровоизлияния в мозг. В 1976 году умерла его бывшая жена Ольга Стефановна. Мария Васильевна Буденная пережила мужа почти на 33 года и ушла из жизни в 2006 году в возрасте 90 лет.

№ 83 Январь 2013 г.