ЦИЛЛИ НИКОГДА НЕ ОШИБАЕТСЯ.

№57
В начале ХХ века служебное собаководство считалось иностранной причудой и практически не использовалось. Не получило широкой огласки и одно из первых в России дел, раскрытых с помощью полицейской собаки — петербургское начальство распорядилось все материалы по делу маньяка Ипполита Соловья засекретить и сдать в архив.
Текст Юрия Невзорова ФОТО из архива автора.

Жестокое убийство.

Летом 1908 года в одном из шахтерских поселков Таганрогского округа произошла жуткая история. У вдовы Мухиной, работавшей на Кадиевском руднике, пропали дети — две дочки 10 и 11 лет, а также сын Николка, которому едва минуло три годика. Поздним вечером придя с работы и не найдя никого дома, обеспокоенная Мухина забила тревогу. Опросив соседских ребятишек, она узнала, что сестры с братишкой утром ушли на реку Тузлов и с тех пор будто в воду канули.

Весть о пропаже детей подняла на ноги весь поселок. Под командой местного урядника Колесникова собралась почти сотня добровольцев, прочесавших сетями все близлежащие омуты и обследовавших заросли прибрежных кустов и камышей.

Под утро в камышах было обнаружено тело пропавшего мальчика. Тело ребенка было буквально втоптано в прибрежную грязь. Придя в себя от увиденного, урядник с добровольцами продолжил поиски девочек, но несмотря на все старания, они не увенчались успехом.

Мать детишек не смогла перенести нервного потрясения и впала в беспамятство, из которого так и не вышла.


Рабочие версии.

Весть о страшном преступлении быстро дошла до Таганрога и Новочеркасска. Генерал Клунников, старший воинский начальник Таганрогского округа, распорядился отправить на Кадиевский рудник команду полицейских и судебного следователя, которому поручил заняться расследованием убийства и организацией поисков девочек.

Местные жители пребывали в смятении и полном недоумении. Кому и зачем понадобилось так жестоко убивать невинного ребенка? И куда подевались девочки? Масла в огонь подлил местный священник отец Онуфрий. Проводя поминальную службу, он обвинил в случившемся «басурман-иноверцев», которые выкрали девиц для продажи в заморские вертепы, а невинного отрока убили как ненужного свидетеля. Поповская версия нашла благодатную почву в народных массах. Цыгане, узнав про такие разговоры, на всякий случай увели свои таборы подальше от шахтерских поселков.

Как раз в это время на Кадиевский рудник приехал перекупщик угля, перс по национальности. На свою беду он угостил конфетой мальчишку, который взялся донести его саквояж. Это увидели шахтеры, возвращавшиеся с поминок. Только вмешательство урядника спасло перса от крупных неприятностей.

Заинтересовались этим делом и в Донском областном жандармском управлении (ДОЖУ ). К тому же выяснилось, что вдова Мухина приходится родственницей жандармскому унтер-офицеру Федоту Гордиенко.

Гордиенко своей деятельностью немало насолил революционерам разных мастей. Руководство ДОЖУ не исключало того, что случившееся с детьми могло быть результатом мести Гордиенко со стороны радикальных экстремистов. 

Назревал скандал, поэтому для проведения своего расследования и начальником ДОЖУ полковником Домбровским в район преступления был командирован чиновник по особо важным вопросам ротмистр Лашевич.


Новые эпизоды.

Минуло две недели, прежде чем нашли тело старшей из сестер, 11-летней Матрены. Его совершенно случайно обнаружили в степи, в двадцати пяти верстах от поселка. Матрену Мухину удалось опознать лишь по рыжим волосам, приметному шраму на ноге и родимому пятну под мышкой.

Судебные медики с большим трудом установили, что девочку задушили, а перед смертью надругались.

Опасаясь, что эта информация породит очередной всплеск негативных эмоций, генерал Клунников запретил оглашать эти сведения.

Преступник вскоре опять напомнил о себе. Недалеко от Аксайской станицы неизвестный мужчина напал на 15-летнюю девушку, купавшуюся в укромном месте. Улучив момент, когда рядом никого не было, он выскочил из кустов и, зажав своей жертве рот, принялся душить ее. Когда девушка потеряла сознание, преступник изнасиловал ее, а затем, сделав из шелкового платка удавку, попытался додушить.

Убийцу спугнули рыбаки, проходившие по берегу. Душегуб скрылся в прибрежных кустах так спешно, что мужики смогли рассмотреть его только со спины, а попытка догнать насильника не принесла успеха.

Девушка осталась жива, но не смогла четко описать нападавшего.

2-01.jpg

Маньяк обретает черты.

Однако полицейские сыщики не смогли выйти на след убийцы. Не имея положительных результатов в расследовании, они начали терять интерес к преступлению, тем более, что преступлений в округе было предостаточно, а сил для их раскрытия не хватало.

Убийство детей так бы и могло остаться нераскрытым, если бы не упорство ротмистра Лашевича. Он разослал по соседним волостям и губерниям запросы, в которых интересовался случаями похищения детей.

Полученная информация ошеломила. Оказалось, что за последний год в Екатеринославской губернии (Ростов-на-Дону и Таганрог относились к этой губернии. — «Главный»), ряде округов Области Войска Донского в 1907–1908 годах имели место восемь преступлений, связанных с физическим насилием и последующим убийством девушек.

Вероятнее всего, убийца охотился на одиноких купальщиц, причем выбирал в жертвы тех, кто не мог оказать ему достойного сопротивления. На основании этого Лашевич предположил, что душегуб-насильник может быть личностью ущербной — физически или умственно. Помимо того, он по всей видимости имеет свою лошадь или легкоконную повозку, убийца легко скрывался от погони, увозил свои жертвы далеко в степь.


Собаки Аделунга.3-01.jpg

Версия Лашевича заинтересовала руководство ДОЖУ , но для ее проверки требовались большие силы. Кроме того, из-за ведомственных разногласий полиция не очень охотно сотрудничала с жандармерией, а последняя тоже не считала нужным делиться с «заклятыми коллегами» результатами своей работы.

Кто знает, как бы развивались события, не появись в этой истории бельгийская овчарка по кличке Цилли и ее хозяин, пристав 1-й полицейской части Александрово-Грушевска (ныне Шахты. — «Главный») капитан Михаил Аделунг.

Аделунг считался пионером служебного собаководства на Дону и одним из лучших сыщиков в дореволюционной полиции.

В начале ХХ века Александрово-Грушевск пользовался дурной репутацией. Здесь, в трущобах шахтерского городка, местные и заезжие уголовники чувствовали себя не в пример свободнее и вольготнее, чем в Ростове-папе. Малочисленная полиция с трудом справлялась со своими обязанностями, и многие преступления, в том числе тяжкие, оставались нераскрытыми.

Пытаясь решить эти проблемы, используя международный опыт, Аделунг решил привлечь к полицейской службе специально обученных собак. На свои собственные средства Михаил оборудовал питомник и приобрел для него трех обученных ищеек и шесть щенят сыскных пород (бельгийской и немецкой овчарок, добермана и эрдельтерьера). Со временем каждая из его ищеек взяла многочисленные призы на императорских состязаниях, а слава о любимице Аделунга бельгийской овчарке Цилли прогремела по всему югу России.

Четвероногие ищейки позволили уже в первый год существования служебного собаководства раскрыть более 30 серьезных преступлений, в том числе 5 убийств и грабежей. Уровень преступности в городе и его окрестностях значительно снизился, а главной причиной такого успеха стало сильное психологическое воздействие на преступников нового метода сыска. Отныне, даже уничтожив все улики и обеспечив алиби, они не могли чувствовать себя в безопасности. Опыт Аделунга, которого за глаза коллеги прозвали «собачьим папой», а уголовники — «сучьим папиком», стали перенимать не только на Дону, но и на всем юге России. Самого пристава с его ищейками часто приглашали для оказания помощи при раскрытии самых запутанных дел.


Новая жертва.

После неудачного нападения на девушку у Аксая таинственный душегуб не успокоился и через несколько дней снова вышел на дело. Недалеко от Александрово-Грушевска он напал на пастушку.

Крики ребенка о помощи услышали другие дети, но приблизиться побоялись, а побежали за помощью взрослых. Когда помощь подоспела, девочка была уже мертва.

На этот раз Аделунг и его ищейки не сплоховали. Цилли сразу взяла след преступника. Покружив по берегу реки Грушовки, она привела хозяина к постоялому двору на окраине города. Не обращая ни на кого внимания, ищейка подбежала к молодому человеку, торопливо запрягавшему коня в повозку.

Цилли никогда не ошибалась, поэтому пристав приказал городовым взять незнакомца под стражу и препроводить в участок. На допросе молодой человек назвал себя Ипполитом Соловьем, двадцатипятилетним мещанином Изюмской волости, Харьковской губернии, а также сообщил, что проживает в Ростове, в Казанском переулке (ныне переулок Газетный. — «Главный») и служит торговым агентом в мануфактуре Аванесова. В его обязанности входит доставка по магазинам и сельским лавкам мужского и женского белья, а также фурнитуры для модисток. Свое задержание Ипполит объяснял нелепой ошибкой и упрашивал пристава связаться с хозяином, который даст своему работнику необходимые рекомендации.

Внешний вид Соловья мало походил на облик жестокого убийцы. Молодого человека можно было назвать привлекательным и даже красивым. Высокий рост, модная прическа, аккуратная одежда, а также негромкий голос, грамотная речь и приятные манеры — все говорило о том, что задержанный едва ли может насиловать и убивать маленьких девочек.

Судебный следователь, с которым Аделунг снимал допрос и проводил следственные действия, высказал свои сомнения в причастности молодого человека к совершенному убийству, однако пристав безоговорочно верил в свою Цилли. Он не сомневался, что Соловей если и не убивал, то хотя бы находился на месте последнего преступления.

Связавшись с Лашевичем, он сообщил ему о задержании подозреваемого:

— Надо послать городовых за потерпевшей, я слышал, что девчонка пришла в себя и сможет узнать насильника.

У девочки при виде Соловья началась истерика, и Аделунг долго отпаивал ее водой. Немного успокоившись, она однозначно опознала в задержанном коммивояжере насильника.

На Соловья ее признания не произвели никакого впечатления. Он спокойно заявил, что «эту сумасшедшую девчонку видит впервые и не понимает, о чем тут ведется речь». Видя такое упорство, пристав решил взять тайм-аут и отправил задержанного в камеру при участке. Поимка опасного преступника сулила Александрово-Грушевским полицейским дождь из наград, чинов и званий. Однако той же ночью Соловей сбежал. Каким-то образом он уговорил стражника вывести его во двор. Оказавшись на улице, молодой человек оттолкнул своего конвоира и скрылся в темноте. Взбешенный Аделунг едва не убил своего подчиненного, но было поздно. На улице шел дождь, и собаки не взяли след.

4-01.jpg

Казанова-маньяк.

В поисках беглеца Лашевич исколесил всю Область Войска Донского и соседние губернии. Буквально по крупицам он собрал обширное досье на преступника. Ознакомившись с ним, жандармское, а потом и полицейское начальство схватилось за голову. За культурным и обходительным Ипполитом Соловьем тянулся шлейф тяжких преступлений. Там, где он появлялся по своим коммерческим делам, почти всегда оставались детские и девичьи трупы. Опросив массу свидетелей, ротмистр установил, что, несмотря на гламурный облик, в последнее время отношения с женским полом у коммивояжера не складывались. Один из близких друзей Соловья рассказал, что однажды Ипполита застал обманутый муж. Полет в голом виде со второго этажа отбил у парня не только охоту к любовным шашням. Ипполит долго лечился и на женщин не заглядывался. Однако молодой организм брал свое, пару лет назад Соловей влюбился в дочку богатого казака. Родственники девушки не жаловали городского «прощелыгу». Ипполит попытался через окно проникнуть в спальню своей возлюбленной. Правда, вместо Джульетты Ромео встретил ее братьев. Несчастного коммивояжера жестоко избили, причем родственники целились незваному гостю в самое незащищенное место.

В Ростове ротмистру удалось найти врача, когда-то лечившего Соловья от импотенции. Врач поведал сыщикам, в последнее время его пациент интересовался детьми. Психологический портрет преступника, составленный несколько месяцев назад, оказался верным. Рука правосудия не добралась до сбежавшего, однако расправы он не избежал. Кто-то добрался до него раньше, чем сыщики. Соловья нашли неподалеку от станицы Усть-Медведицкой. Душегуба утопили в заброшенном колодце. Руки убийцы были скручены шелковым платком, а карманы костюма набиты камнями. Когда из Санкт-Петербурга, из департамента полиции, пришло распоряжение «все розыскные мероприятия прекратить и широкой огласки не давать, дело закрыть, засекретить и сдать в архив», все вздохнули с облегчением. Благодаря цензуре дело Соловья не попало на страницы газет и благополучно кануло в Лету.

№ 57 Сентябрь 2010 г.

Ростов-папа

Тертышный объявил присутствующим, что он бьется об заклад, но украдет какую-нибудь вещь у главного городского фараона и предъявит ее «обществу» в качестве своей ловкости. Тому же, кто сделает что-то более стоящее, он незамедлительно выставит ящик Шустовского коньяка и отвалит 500 рублей.

Ростов-папа

В наши дни принято считать, что криминальные охотники за цветными металлами появились лишь на исходе 20-го века.

Ростов-папа

В начале ХХ века служебное собаководство считалось иностранной причудой и практически не использовалось. Не получило широкой огласки и одно из первых в России дел, раскрытых с помощью полицейской собаки — петербургское начальство распорядилось все материалы по делу маньяка Ипполита Соловья засекретить и сдать в архив.

Ростов-папа

За несколько дней до Рождества 1903 года среди ростовских жандармов и полицейских начался переполох — пришла телеграмма, извещающая о том, что поездом из Владикавказа в город прибудет генерал-лейтенант фон Валь, сенатор, заместитель министра внутренних дел, командир отдельного корпуса жандармов и заведующий полицией Российской империи. Никто не мог и предположить, какие последствия вызовет этот визит.

Ростов-папа

Прошлое России богато всевозможными революциями, мятежами и народными волнениями. О хлебных, соляных и им подобным бунтах в истории страны сохранилось немало упоминаний. О пьяных бунтах, хотя были и такие, не пишут практически ничего. Одним из таких «белых пятен» можно считать беспорядки, охватившие Новочеркасск летом 1917 года.