ЧТО ЗНАЧИТ ВЫГЛЯДЕТЬ НЕСКОЛЬКО ИНАЧЕ.

№ 71
«Главный» предложил панку Олегу Гаркуше ответить на вопросы, заданные когда-то панку Джонни Роттену.
Текст  Лариса Кружалина. Фото из архива героя публикации.

Кто такой.
Олег Гаркуша, вокалист, автор текстов и шоумен группы «АукцЫон», родился 23 февраля 1961 года. В 1980 году окончил Ленинградский кинотехникум. Какое-то время работал киномехаником в кинотеатрах «Современник» и «Титан». В середине 1980-х стал участником группы «АукцЫон». После его прихода в команду имидж «АукцЫона» коренным образом изменился. Выступления группы превратились в эксцентрические шоу, отличительной чертой которых стала характерность и узнаваемость каждого персонажа. На себя Гаркуша примерил много самых разнообразных ролей, самой запоминающейся из которых стала роль неприкаянного панка, эксцентричного панка — «рыжий клоун», скачущий по сцене. Играл в фильмах «Рок», «Презумпция невиновности» и «Хрусталёв, машину!».


Кто такой.
Британский рок-музыкант, фронтмен и основной автор песен панк-группы Sex Pistols Джон Джозеф Лайдон, известный как Джонни Роттен родился 31 января 1956 года. Считается «истинным мозгом Sex Pistols» и вошел в историю рока как «один из самых влиятельных и почитаемых» исполнителей. Впервые по-настоящему знаменитым он стал в декабре 1976 года, когда имя Джонни Роттен стало «самым страшным ругательством в устах домохозяек». Это произошло после того, как в телепрограмме Today Лайдон удовлетворил просьбу ведущего Билла Гранди сказать «что-нибудь грубое». Ныне Роттен занимается сольной деятельностью.


У вас много друзей?

Джонни Роттен:
Нет, я никому не нравлюсь. На самом деле у меня очень много друзей в разных странах с разными культурами. Вообще, вся эта рок-звездная мишура не про меня. Но это не значит, что вы сможете запросто схватить меня в коридоре под локоток. Мне лучше держать свое сексуальное тело от людей подальше — в санитарных целях.

Олег Гаркуша:
Один. Художник Гавриил Лубнин. Очень известный, по крайней мере у нас в Питере. Много друзей мне ни к чему, одного вполне хватит.


Был у вас какой-то план действий или стратегия развития, когда вы создавали группу?

Джонни Роттен:
Нет, мы действовали практически инстинктивно. Мы никогда не садились за «круглый стол», чтобы начеркать тезисы, тут у нас нет никаких правил или приказов. Мы просто делаем то, что делаем. И все.

Олег Гаркуша:

Не, никакого плана, конечно же, не было. Мы просто играли для себя, в свое удовольствие, и никто не думал о том, что у нас когда-нибудь будут гастроли, интервью, съемки. Все группы, которые вы сейчас знаете, от «Алисы» до «Аквариума», они все так начинали, играли для себя, да еще и в условиях, скажем так, не радостных. Возможностей для игры было мало, инструментов не было, аппаратуры не было, но было желание играть. Сейчас есть все, и мы продолжаем... Я почти 30 лет этим занимаюсь, и ничем другим заниматься уже не могу. Мы втянулись, нам это нравится.


Когда вы смотрите на себя в зеркало, вы видите там икону панк-рока. Каково это — ощущать себя иконой панка?

Джонни Роттен:
Нет, когда я смотрю в зеркало, я вижу гребаного надоедливого старого пердуна. Я вовсе не панк-икона и не поп-звезда. Я живу вне музыкальной индустрии, и все, чего я достиг, я добивался самостоятельно. Поскольку я настоящий «пистолет», я — личность.
Это вам не Rolling Stones!

Олег Гаркуша:
Я не ощущаю себя никакой легендой. Когда я смотрю в зеркало, думаю о том, какой же я старый. Где же мои 17 лет? Больше ни о чем не думаю.


Вы верите в Бога?

Джонни Роттен:
Я верю, что Бог внутри нас. Когда мы умираем, мы гнием и достаемся червям. Поэтому мы должны жить честно и правильно. Лично я не могу умереть, будучи лгуном. Я не следую морали, потому что мораль — это продукт религии. Но у меня есть свои ценности, и главная их них — человеческая жизнь. Если и есть на свете Бог, то человек — венец его творения. Поэтому я ем мясо (дружный смех).

Олег Гаркуша:
Да, но так — не фанатично, спокойно.


Есть такое ощущение того, что правительству плевать на коренное население страны.

Джонни Роттен:
В правительстве все еще много хороших людей, но в большинстве там эгоистичные и ленивые ублюдки. Целая волна людей, которым плевать на все, кроме себя. Да, чувство преданности людям и своему делу было практически тотально утрачено. Очень жаль. Очень. И сейчас районы, в которых живет рабочий класс, более криминализированы, чем прежде. Раньше такого не было. Там все жили как одна большая семья. И посмотрите, на рабочих все еще смотрят свысока. Презирают, не так ли? Со временем все это аукнется, точно.

Олег Гаркуша:
Да, есть такое ощущение, совершенно с вами согласен.


О чем ваши новые песни?

Джонни Роттен:
Написал вот ироническую песню о войне в Ираке... Впрочем, каждый слушатель может, слушая ее, задавать свои вопросы. Например, такой: анархия — это прогулка по парку или все-таки это способ жизни? Каждый волен трактовать мои песни, как ему вздумается, получая радость от сознания своей индивидуальности.

Олег Гаркуша:
Не знаю, просто понятия не имею... Кто слушает, тот, наверное, поймет. Старые — хорошие и новые — неплохие. Ничего особенно не поменялось, все то же самое.


Вы много где выступали. Какой концерт запомнился вам больше всего? Помните?

Джонни Роттен:
Конечно, помню. Это было в Чили пару лет назад, когда у них были политические проблемы. Мне очень запомнилась публика, которая была просто великолепна! Им приходилось выдерживать натиск полиции, которая считала, что зрители — это какие-то хулиганы, замышляющие что-то незаконное, хотя это было не так! Люди просто пришли на концерт! И я восхищаюсь этими отважными людьми! Подобных концертов было много — в Чехословакии, в Берлине... Такие люди не боятся полиции, ведь они не делают ничего плохого, они просто приходят послушать музыку...

Олег Гаркуша:
Вальпургиева ночь, Германия, женский монастырь. Конечно, монашек там не было, просто в помещении монастыря проходил концерт, без монашек. И вот ровно в 12 часов ночи стал греметь гром, хотя до этого небо было совершенно ясным. Страшновато, если честно...


Что нужно сделать, чтобы не стать жертвой системы?

Джонни Роттен:
Мой главный враг — это то, что запрещает вам думать по-своему, решать за себя. Бог дал нам возможность мыслить, общество же пытается эту возможность забрать. Я не могу сказать, что я религиозный человек, но я выступаю за свободу мысли. Индивидуальность, вот о чем мы не должны забывать! И сейчас многие люди это понимают. Мы стали понимать, что войны начинаем не мы, не простые люди. И единственное, к чему может привести война — это смерть невинных людей. Простые люди понимают, о чем я говорю. А власти боятся, что люди поймут, что я пытаюсь до них донести. Ведь выход есть всегда! И я живое доказательство! Смотрите, я не американец, но прекрасно чувствую себя в Америке. А все потому, что я не даю другим думать за себя. В этом нет ничего страшного! И не обязательно становиться частью говносистемы, чтобы быть счастливым. Нужно просто иметь свое мнение. И на Западе, и на Востоке есть много прекрасного! Так почему бы нам не взять лучшее и от одного, и от другого?

Олег Гаркуша:
Быть спокойным и добрым человеком. И стараться не реагировать на какие-то бытовые моменты.


Вас когда-нибудь арестовывали?

Джонни Роттен:
Меня арестовывали много раз! Последний раз меня посадили на полгода из-за столкновения с полицией. Так получилось, что мое лицо ударило их кулаки... Но я победил! На самом деле у меня часто возникали проблемы с органами правопорядка, но не потому, что я такой плохой! Вовсе нет! И вообще, я считаю, что большинство полицейских — прекрасные люди, с замечательными семьями! Но бывают исключения, из-за которых все проблемы и начинаются!
И вообще, сейчас все стало намного лучше. Во времена моего детства нельзя было спокойно ходить по улицам, любого подростка могли принять за безумного футбольного фаната. А мне доставалось вдвойне, потому что я был в Sex Pistols.

Олег Гаркуша:
Бывало, конечно... Достаточное количество раз. За внешний вид, как правило. Все мои аресты были практически одинаковые. Ну, допустим, вяжут уже в третий раз, и я говорю: «Ну сколько можно забирать? Не надоело вам?» Нет, все равно ведут в участок, беседу воспитательную проводят. У меня были пейсы, бритый затылок, остроносые ботинки, короткие брюки, белые носки, галстук, черные очки, такой стиляжный тире панковский вариант. Сейчас я выгляжу несколько иначе, но все равно стараюсь как-то стиль соблюдать, чтобы одежда была не как у всех. Даже если это современные вещи, они должны быть такие, каких ни у кого нет. Хотя это и нелегко — найти вещь, которой ни у кого нет. Осеннюю кожаную куртку я себе несколько лет искал. И только случайно в Америке в каком-то магазине на высоте трех метров ее обнаружил. На первый взгляд, обычная такая куртка, кожаная, но забавная, с кучей карманов, коричневого цвета, как бы потертая. Кто-то ее сшил в одном экземпляре или в двух.


А чем вы руководствуетесь, когда пишете песни?

Джонни Роттен:
Я никогда не вру. Когда я пишу песни, я пытаюсь делать их как можно более правдивыми. И забавными. Не хочу говорить о скучной политике и о чем-то подобном. Главное, что никогда и никому не вру! Ну, только родителям, друзьям, близким и всем-всем-всем... хаххаххаха.

Олег Гаркуша:
Ничем, приходит мысль — я ее записываю. Но стараюсь себя в этом отношении не напрягать. Как правило, стихи пишу летом. Иду на пляж, беру с собой блокнот, лежу, загораю, купаюсь и записываю.


Зачем вы все еще здесь?

Джонни Роттен:
Кто-то же должен быть честным. Пойми меня правильно: 30 лет назад английский парламент рассматривал мои песни God Save The Queen и Anarchy In The UK как измену родине, что по тем временам каралось смертной казнью. Я это пережил и остался честным человеком, ни разу не соврал за всю долгую музыкальную карьеру. Запад — это тебе не богачи в роскошных домах, это бедность. У бедного человека очень мало возможностей, но, как ни странно, чем ты бедней, тем интересней твоя музыка.

Олег Гаркуша:
Ой, не знаю. Ну как там наверху скажут, что пора, значит пойду. Но пока, слава богу, не говорят. Зачем я здесь? Нести радость людям, это важно.


В материале использованы фрагменты интервью с Джонни Роттеном журналам Time Out Москва, Rolling Stone, радио MAXIMUM.

№ 71 Декабрь 2011 г.

Двойной портрет

Российская актриса Нонна Гришаева ответила на вопросы, на которые когда-то отвечала американка Вупи Голдберг.

Двойной портрет

«Главный» предложил панку Олегу Гаркуше ответить на вопросы, заданные когда-то панку Джонни Роттену.

Двойной портрет

Знаменитый российский музыкант Владимир Пресняков ответил на вопросы из интервью Майкла Джексона на шоу Опры Уинфри.

Двойной портрет

«Блюз является звуковым выражением глубокой кровоточащей точки, которая есть в музыканте. Для Клэптона — это отсутствие женщины. Для кого-то другого — эта точка другая. Моя точка — это момент осознания своего одиночества в мире». Гитаристы Юрий Наумов и Эрик Клэптон — о блюзе.