Случай в парке имени Вити Черевичкина.

№ 138
Главный редактор написал традиционную первоапрельскую сказку.
Текст  Сергея Медведева. ФОТО  Евгения Дюльдева

1. Однажды вечером я пошла кататься на роликах в парк имени Вити Черевичкина. Это было, когда наш магазин работал до восьми, сейчас он работает до десяти, поэтому не катаюсь, но это уже не имеет значения. А тогда после работы, пока не стемнело, я успевала покататься на роликах. Мне всегда нравился фильм «Карнавал» и актриса Ири-на Муравьева. Понятно, что роликовые коньки — не для кассиров гастронома «Двоечка», так что на меня в коллективе смотрели косо, типа интеллигенция, хочет выделиться, обидеть простого человека. А я — не интеллигенция, я просто городская, а они в большинстве — из соседних деревень. Деревня. Отсталые люди. Какие им там ролики! Им бы телегу. В тридцать лет жопы на стуле не помещаются. Вот в один такой прекрасный вечер я каталась, каталась и заблудилась. А я не пьяная была. Если что. Какая-то у меня была потеря ориентации, это я сейчас так думаю. Темнеет, страшно, а мало ли сейчас маньяков? Да каждый второй. Вижу — ларек какой-то, дверь открыта, внутри темно. Захожу, включаю фонарик на телефоне. Вижу — пустые коробки из-под растительного масла, пластиковые бутылки без этикеток, чистые, и старинный холодильник «ЗиЛ». Причем холодильник работает, издает какие-то звуки, хотя проводов нет. Помню, что подумала — на батарейках что ли. Муж мне всегда говорит, не лезь в каждую дырку, тебе что, больше всех надо? Время какое, сама не знаешь, что ли? Полезешь, и голову оторвет или руку. Но я такая. Боевая. Типа сначала лезу, потом думаю. Открываю я этот холодильник, и вижу, что внутри него лежит книга. Книга покрыта слоем льда, как мороженая рыба. Что за название — не разберешь. ХЗ, как говорится. Хто знает.

Не могу сказать, что на меня это не произвело никакого впечатления. Произвело, конечно. Это как если бы кассиру на чай дали.

2. Я почему-то подумала, что в холодильнике должны хранить или Библию, или «Идиота» Достоевского. Но не современного автора. Вот не знаю, почему, но я так подумала. Я подышала на книгу, лед оттаял немного, вижу заголовок — «Фейнман. Лекции по физике», 1 том. Блииин! Не повезло. Значит, я никогда не прочитаю ни Библию, ни «Идиота». Хотела сразу выбросить, но потом подумала, что в доме нужна непищевая бумага. Вдруг придется что-то завернуть — не пищевое, конечно. Пищевое я заворачиваю в специальную бумагу, которую приношу с работы. Муж пусть заворачивает свои электродетали. А то недавно смотрю, а он какие-то грязные переключатели заворачивает в пищевую бумагу. Совсем чокнулся. Помню, что когда я взяла книгу в руки, то сразу же нашла дорогу к троллейбусной остановке. Весь парк Вити Черевичкина — 100 на 100 метров, казалось бы, нетрудно найти дорогу. Но ведь пока не нашла книгу, не могла выйти. Это факт.

3. Я принесла лекции по физике домой и закрылась в ванной комнате. Николай смотрел в это время «Камеди Вумен» — я услышала его громкий смех. Он смеется, как идиот. Так, наверное, смеялись бы лошади, если бы их кто-то смог рассмешить. А у меня, как он засмеется, так ненависть к нему закипала, потому что я ненавижу эти «Камеди Вумен». Однажды он мне сказал:

— Представляешь, Алиса, мне сегодня приснилась Наталья Андреевна Еприкян. Еприкян — это такая маленькая армянка.

— Мы с ней даже занимались любовью.

— А где же я была, почему я вам не помешала? Просто стояла и смотрела? Такого не может быть.

— А ты умерла, и тебя к тому времени давно уже похоронили.

— Значит, похоронил меня и сошелся с этой шмарой?

— Это же сон, Алиса. Человек — не хозяин своим снам.

— А кто хозяин? Я тебя спрашиваю, Коля, кто хозяин? Почему мне не снятся такие сны? Отвечу. Потому что я — порядочная женщина. Николай считает, что у меня нет чувства юмора. Я просто смешная, а смешная и с чувством юмора — это совершенно разные вещи. То, что я в сорок лет после работы катаюсь на роликовых коньках — это да, смешно, но со мной тяжело общаться. Это его слова. Он выпил, конечно, перед тем как сказать это. Так бы не решился, он боится меня. Сказал и сразу уточнил:

— А если ты что-нибудь сломаешь, катаясь на роликах?

— Давай кататься вместе, — сколько раз предлагала я Николаю, — ты будешь меня подстраховывать, чтобы я ничего не сломала, если тебя еще что-то волнует во мне.

4. Про книгу я Николаю ничего не сказала, просто положила рядом с новыми квитанциями на свет и воду. Потом подумала и вложила квитанции в книгу. Вот, думаю, это самое оно. У меня ничего не пропадает. Если бы не Роза из первого подъезда, я бы об этих дурацких лекциях никогда бы и не вспомнила. Роза была типа интеллигентной, но за собой не следила, мне даже кажется, что и голову она мыла не каждый день. Понятно, что и медосмотр в газетах не проводят. Я, честно говоря, в последнее время стараюсь общаться только с работниками торговли. Так надежнее, здоровее, что ли. Николай работал в нашей сети электриком, когда мы познакомились. Тоже проходил медосмотр. Так он, по крайней мере, говорил. Так вот, Роза работала корректором сразу в нескольких газетах, помню два названия — «Вечерние новости» и «Вестник НЛО». Внешне Роза напоминала эту самую Еприкян. Когда мне Николай рассказал свой сон, я одно время следила за ним, думала, может, он изменяет мне с этой Розой. Но нет. А то бы убила обоих.

 5. Еще Роза пекла на продажу торты. Неправильной формы, без коробок, типа домашних, всегда разного вкуса. Она меня как-то спросила:

— А нельзя ли пристроить мою продукцию в ваш магазин? Алиса, дорогая, можете поговорить с начальством? Очень нужны деньги.

— Роза, без санитарных документов у тебя никто и никогда ничего не возьмет. Про себя я подумала: с документами тоже. Ты посмотри на себя, на неряху, и на свою нестандартную продукцию.

— Роза, представь, я подойду к директору и скажу: у меня соседка, торты печет. Может, возьмем на реализацию, товарищ директор? Да он меня уволит в пять минут. Мы в «Двоечку» даже семикаракорский сыр не берем. Роза давала объявление о продаже тортов в газетах, где работала корректором. Второй раз у Розы торты не покупали, потому что они были слишком сладкими, и еще она в тесто добавляла много корицы. Роза была, как ни странно, не жадной и угощала тортами весь дом.

— Вот скажите, господа, что не так? Почему не покупают?

— Да потому что дураки, — обычно говорили соседи. Про избыток сахара и корицу они Розе не говорили. Наверное, думали: хорошо, что никто не покупает, а мы и такие съедим. Зачем тратиться? Вот это крохоборство я, как работник «Двоечки» не люблю, хотя как гражданин сама так поступаю.

6. Благодаря этим тортам мы, собственно, и познакомились с Розой. Очень быстро я узнала, что у Розы есть совершеннолетняя дочь и любовник по имени Володя.

— Мы просто дружим, ничего больше.

— Роза смущалась, когда в разговоре случайно всплывала тема Боба. Бобом она его называла. А я всегда специально говорила: «Ну как твой Володька, бухает?» Или: «А жена Вовкина про тебя знает?» Когда по вечерам мы встречались у дома, Роза часто говорила:

— Алисонька, какая вы молодец, что катаетесь на роликах. Как это здорово. Я бы не смогла.

— А ты попробуй, Роза.

— А у меня и роликов нет.

— У меня есть лишние. Давай, присоединяйся.

— Я убьюсь, я хрупкая. Можно я просто иногда буду бегать рядом? А то я все-таки много тортов ем.

— Да бегай, конечно, раз хрупкая.

7. Так что Роза иногда сопровождала меня в вечерних катаниях. Она бежала за мной и, задыхаясь, грузила историями типа:

— Представляете, Алиса, у меня вся рассада на подоконнике погибла, кто-то сожрал все огурцы за одну ночь. Как думаете, что делать?

— Блин, Роза, откуда я могу знать? Зачем тебе вообще эти огурцы? У нас в «Двоечке» по двадцать рублей кило. Приходи к концу рабочего дня, вместе поищем хорошие. Или вот еще история от Розы. Она мне говорит как-то:

— А у Лиды, второго нашего корректора, соседи отравили собаку, а сами работают в полиции. Вот что делать?

— Блин, Роза. Что тут поделаешь? Ну, пусть им ручку двери собачьими какашками испачкает.

— Вы думаете?

— Уверена. Когда мне надоедали эти дурацкие разговоры, я набирала скорость и оставляла Розу наедине со своими мыслями. А разговор о лекциях по физике у нас зашел вот из-за чего. Роза решила выписать из телемагазина лекарство для профилактики диабета.

— Вы знаете, Алисонька, с моими тортами, которые мне приходится очень часто есть, мне не помешает подумать и о здоровье, — объяснила Роза. По словам Розы, за 35 тысяч ей пообещали прислать две маленькие баночки этого профилактического лекарства. Мол, пропьете курс, и никакой диабет до конца жизни не страшен. Жрите свои торты на здоровье. Раз продать не можете. По факту Розе вместо двух маленьких баночек прислали 5 трехлитровых баллонов. Ее Боб, когда нес баллоны, один разбил. Роза испугалась, что с нее потребуют деньги за этот разбитый баллон.

— Это же, наверное, ошибка, я же заказывала две маленькие баночки. Надо будет вернуть чужое. А как я теперь верну?

— Роза, ну что ты несешь? Что упало, то пропало. Пусть попробуют доказать, что баллонов было пять, а не четыре. Это невозможно в наших условиях. Это я как работник торговли говорю. Ты хоть попробовала лекарство?

— Попробовала. Но там же не вкус главное, а результат.

 8. Потом Розе позвонили. Человек, представившийся майором отдела по борьбе с правонарушениями, сказал, что она связалась с мошенниками, никакое это не лекарство от диабета, жрать его, конечно же, не следовало, но раз мы с вами разговариваем, значит, не все так плохо. Типа не со всеми уже поговоришь. Кроме того, майор пообещал, что всем пострадавшим будет выплачена компенсация морального вреда — 450 тысяч рублей. Правда, предварительно надо выслать 20 тысяч — на юридическое оформление возврата.

— Это же удивительно!

— Роза чуть не чокнулась от радости.

—Какое же это счастье. Есть в этом мире справедливость. Только ничего не говорите моей дочери, она заберет у меня деньги. Даже я как-то разделила ее энтузиазм, как-то она умела им заразить. Какой-то был у меня ответный порыв. Кратковременный.

Понятно, что никаких денег Розе не вернули, а майор через неделю перестал брать трубку. Но это будет потом, а тогда я сказала:

— Поздравляю, Роза. Я так рада за тебя!

— Да, это просто фантастический случай. А у вас бывало нечто подобное? 

И тут я вспомнила про случай в парке имени Вити Черевичкина. Кто-то потянул меня за язык.

— А нельзя ли почитать этого Фейнмана? Я быстро, дня за два? — Роза ни с того ни с сего стала очень серьезной. — Вдруг это то, о чем я думаю.

— Да бери, не жалко. Если муж не выбросил. А муж книгу не выбросил, он заворачивал в книжные страницы детали выключателя. Половина еще осталась, в основном первые страницы.

 9. — Алиса, а вы знаете, что вы — избранная? Вас бог поцеловал. Я не шучу, — Роза прямо засияла, увидев меня вечером следующего дня.

— Роза, ты словами не разбрасывайся. Кем я избранная? Или что ты имеешь в виду?

— Согласитесь, Алиса, что не каждый находит в парке имени Вити Черевичкина в холодильнике лекции Фейнмана по физике. А вы нашли. Это знак. Вы прочитали эти лекции?

— Зачем? Я работаю целыми днями.

— А вот смотрите, — Роза открыла книгу, кажется, на третьей странице. — Вот я вам сама прочитаю. Слушайте внимательно. «Если бы в результате какой-то мировой катастрофы все накопленные научные знания оказались бы уничтоженными и к грядущим поколениям живых существ перешла бы только одна фраза, то какое утверждение, составленное из наименьшего количества слов, принесло бы наибольшую информацию? Я считаю, что это — атомная гипотеза: все тела состоят из атомов — маленьких телец, которые находятся в беспрерывном движении, притягиваются на небольшом расстоянии, но отталкиваются, если одно из них плотнее прижать к другому. В одной этой фразе, как вы убедитесь, содержится невероятное количество информации о мире, стоит лишь при-ложить к ней немного воображения и чуть соображения». Это не мои слова. Так говорит сам Фейнман. Это же гениально — мир как совокупность маленьких телец, тянущихся друг ко другу и отталкивающихся друг от друга. Я всю ночь не спала, думала об этом.

Это же через вас Вселенная словами Фейнмана передает послание человечеству. Вы — избранная, смиритесь с этим. Вы не одна. Сейчас об этом много пишут. Особенно «Вестник НЛО».

 10. Не скрою, мысль об избранности как-то зацепила меня. Кого не зацепит? Я в детстве мечтала победить на олимпийских играх. Но не получилось. Я особо и не пыталась, надо признать. Последние годы я провела в сети гастрономов «Двоечка». Избранных не встречала. Дебилов — на каждом шагу. По крайней мере, среди сотрудников. А о покупателях мне ничего не известно. В общем, эта Роза вынесла мне мозг.

— Все это не случайно, вы должны донести эту атомную гипотезу до человечества. Это зашифрованное послание. Вы должны его расшифровать и жить в соответствии с установками лекций по физике. По физическим законам. Офигеть! Мягко говоря. Что значит, жить по законам физики? Могла бы сразу сообразить, что это какой-то бред. Но я — дура, уши развесила, говорю Розе:

— А ты приходи ко мне почаще. Роза явилась уже на следующий день. С тортом. Муж, как мудачина, смотрел юмористическую передачу, а когда пришла гостья, убрался на кухню, не поздоровавшись. Роза вдогонку Николаю крикнула:

— А вы знаете, что ваша жена — избранная? Вы должны ее беречь. Коля вздрогнул и застыл, как дурацкий столб:

— Я никому ничего не должен, — такой он был смелый, потому что выпил.

— Плохо живете? — спросила Роза, когда Николай ушел.

— А мы как те тельца: слишком приблизились, теперь отталкиваемся, надоели друг другу, — процитировала я Фейнмана.

— Так вам надо отдалиться. В лекциях же об этом написано. Там, если поискать, есть ответы на все вопросы. Только в зашифрованном виде. Поживите отдельно, опять будете испытывать притяжение. И помни ты — избранная. Я подумала, что Роза, наверное, права, и нам надо некоторое время, может быть, месяц, пожить отдельно. Николай сразу согласился, собрал вещи и уехал к матери. В комнате стало тихо, никто больше не смеялся над шутками «Камеди Вумен». Вот так.

11. Муж ушел к матери, зато Роза стала приходить ко мне в гости с какой-то Люсей. Люся тоже работала корректором. Как я сейчас догадываюсь, это была какая-то секта корректоров. Или банда. Правда, их подлинных целей я не поняла. Может быть, они в своих газетах тайно исправляли правильные слова на неправильные. Чтобы свести с ума простого человека. ХЗ. А может быть, они положили глаз на мою квартиру. А может быть, это они специально подложили книгу в холодильник? Это сейчас я так думаю. А тогда расслабилась. Они поймали меня на крючок: ты — избранная. А я им верила. Даже выучила наизусть послание про маленькие тельца. Каждый день они приходили ко мне и все время о чем-то говорили, говорили, говорили, ели торты и составляли планы на ближайшие дни — скольким людям они смогут передать завещание Фейнмана.

А я первое время зауважала этого Фейнмана Ричарда Филлипсовича, потому как почувствовала притяжение к мужу уже буквально на следующий день после его отъезда к матери. Как-то стало тоскливо. Но, понятно, что я ему не звонила, не звонил и он.

Еще и Роза с Люсей говорили:

— Ты — избранная, не звони первой. Пусть он тебя оценит. И все торты они ели.

Роза приносила торт в своей тарелке, тарелку она мыла и забирала домой, а остатки торта вываливала прямо в раковину на кухне. В конце концов, она засорилась. Я, переборов свою избранность, позвонила мужу, слышу — его телефон отключен, я позвонила на городской — его матери, говорю, мол, засорилась раковина, попросите сына приехать, надо почистить. Он хоть и электрик, а раковины тоже чистит неплохо, потому что руки гибкие.

— А Коля уехал в Нижневартовск. На полгода. Хочу, говорит, остыть от южных женщин, — так мамаша его сказала мне. Как-то злорадно. — Коля говорит, ты в религию ударилась. Я ничего не ответила и положила трубку. Задумалась. Вот это да. Вот это я избранная. В общем, в себя я пришла в следующей ситуации: засорившаяся раковина, муж бросил, а в комнате какие-то две интеллигентки читают вслух лекции Фейнмана. Пипец. Я встала, открыла дверь и вытолкала корректоров на лестничную клетку. — И чтобы я вас больше никогда не видела. И Фейнмана своего забирайте, мне такого не надо, и тортов я ваших больше никогда есть не стану. Не получится у вас меня обмануть. Ищите других избранных. Они молча ушли. А с меня как заклятие спало. Я села, заплакала.

№ 138 АПРЕЛЬ 2018 г.

Медвежий угол

Традиционная сказка от главного редактора.

Медвежий угол

Главный редактор написал традиционную первоапрельскую сказку.

Медвежий угол

Подводя итоги прошедшего купального сезона, «Главный» решил вспомнить об опасностях, которые грозят гражданам у реки.

Медвежий угол

Виноваты ли в неудавшейся жизни внешние обстоятельства или причину неудач на до искать в себе? Прохладным осенним утром «Главный» задумался над этой вечной проблемой. И вот что из этого вышло. Вышло в виде диалога между двумя мужчинами средних лет.

Медвежий угол

В канун Нового года и Рождества редактор «Главного» придумал рождественскую, как ему кажется, историю.